Те, кто выжил

Дружок-армеец зовет! Вот и поснимаю в Северной столице, чтобы потом нашим деревенским Эрмитажи всякие показать. У нас-то кто в Питере был? Один дед Потап, да и то в войну. А все равно говорит – город красотищи неописуемой.

Николай поднялся:

– Ну ладно. Питер Питером, а мне пора!

– Давай. К приезду готов буду. Чемиргезику взять?

– Ни в коем случае. Иначе все дело загубим!

– Понял! Но потом обмоем?

– Потом обмоем. Пошел я.

Николай направился к деревне. От нее в дом родителей.

Наскоро перекусив, Горшков снял форму, достал из чемодана камуфляжный костюм, привезенный из Чечни.

Обулся в берцы, на голову водрузил берет, подарок десантников. Пистолет с запасной обоймой переложил из кобуры в специальный карман. В другой сунул фонарь. Бинокль в футляре уложил в брезентовую сумку.

Мать, глядя на приготовления сына, спросила с тревогой:

– Уж не на войну ли ты опять, сынок, собрался?

– Да нет, мать! С пацанами из района в «Зарнице» приказали участвовать. Помнишь, и у нас раньше в школе игру такую проводили?

– Помню.

И где играть собрались?

– На той стороне реки, в лесу.

– И когда вернешься?

– Утром.

– А зачем на игру пистолет с собой берешь?

Николай нашелся быстро:

– Показные стрельбы предусмотрены. Покажу пацанам, как стрелять из настоящего оружия.

Мать поверила. Спросила:

– Кормить-то вас на этой «Зарнице» будут?

– Будут, конечно, но ты закуски кой-какой все ж собери? Неудобно возле котлов с миской стоять!

– Соберу! Скоро поедешь?

– Через полчаса!

– На своем «УАЗе»?

– Ну не на лошади же?!

– Ладно.

Сейчас, я быстро!

Мать ушла на кухню.

Николай, оставшись в горнице, осмотрел себя в зеркало. Печально улыбнулся. Камуфляж напомнил ему бойню в Чечне. Вздохнув, Горшков подошел к стене, на которой висела фотография личного состава его роты. Бойцы с офицерами снялись как раз перед тем, как отправиться к Косым Воротам. Тогда они даже представить не могли, ЧТО ждало их на безымянных высотах! Немногие уцелели в тех боях.

Ох, немногие. Да и Колян сам чудом остался жив. Не подоспей Шах с десантом, лежать бы Коляну в земле сырой. Это как пить дать.

Вошла мать со свертком:

– Вот, Коль, собрала наспех провизии. Сальца положила, солонинки, лучка, хлеба, яичек. Может, мало?

– Хватит, мам!

Горшков принял сверток, положил его к биноклю:

– Ладно, мам, пошел я. Будут звонить из района, не подходи к телефону!

– Почему?

– Тебе это надо? У нас кадровик с чудинкой.