Книга про Короля Артура и рыцарей Круглого Стола

Но когда он приблизился, о чудо, он увидел, что рыцарь, который таким образом сидел на своем коне, играл на лютне и пел под ее аккомпанемент, был не кто иной, как сэр Герейнт, сын Эрбина. Ибо тот рыцарь носил на своем гербе фигуру грифона, а эмблемой на его щите были два грифона, стоящие лицом друг к другу на лазурном поле, а король Артур знал, что это герб и эмблема сэра Герейнта. Когда король понял, кто был тем рыцарем, который сидел там и пел, он рассмеялся про себя, но сразу же опустил забрало и приготовился к такой встрече, которая могла, возможно, случиться.

И уже в таком виде он приблизился к тому месту, где пел рыцарь, а дамы его слушали.

Но когда сэр Герейнт заметил приближение короля Артура, он перестал петь и повесил свою лютню через плечо позади себя. Затем, подняв взгляд к трем прекрасным дамам над ним, он сказал:

– Сударыни, вы изволили послушать то пение, которое я исполнил полностью в вашу честь, теперь, точно так же, в вашу честь, я совершу подвиг рыцарской доблести, который, я очень надеюсь, принесет вам великую славу.

Ибо, если вам будет угодно оказать мне поддержку, которую ваша великая красота может так легко себе позволить, вы увидите, как я, я не сомневаюсь, полностью повергну вон того рыцаря, и это будет к вашей великой чести и славе.

– Сэр рыцарь, – сказала одна дама, которая говорила от имени остальных, – вы поистине благородны и очень приятны в обращении, поэтому мы желаем вам больших успехов в этом начинании, и верим, что вы преуспеете в том, что намереваетесь сделать.

После этого сэр Герейнт горячо поблагодарил этих трех девушек за их слова и вслед за этим опустил забрало своего шлема. Итак, приготовив свое копье и щит и поклонившись этим трем дамам с великим смирением, он вышел навстречу королю Артуру, который находился немного поодаль, очень спокойно и сдержанно ожидая его.

Сэр Герейнт не узнал короля Артура, потому что у него не было эмблемы на шлеме и герба на щите, а потому, приветствуя его, он обратился к нему с такой речью:

– Ха! Мессир, я не знаю, кто ты, поскольку на тебе нет ни герба, ни отличительного знака.

Тем не менее, я намерен оказать тебе такую честь, какую только смогу, сразившись с тобой от имени тех трех девушек, которых ты видишь вон там, на балконе. Ибо я утверждаю и готов подтвердить то же самое своей рыцарской персоной, что эти дамы прекраснее твоей леди, кем бы она ни была.