Россдар. Песнь первая

Третья по старшинству Ойона пролила на землю дождь, зарядила облака энергией грома, озарила небеса молниями и запустила в моря штормы. Она подняла горы и скалы. Как сестра, Уурмаадту самая близкая, углубила в земле расщелины и проложила подземные туннели. Свои творения Ойона зарядила ценным металлом, рудой и железом. «Сражайтесь и умножайте величие свое и мое и чествуйте меня Осенью», – призвала она и подарила всем своим служащим воинам счастливую жизнь после смерти в Царстве своего брата.

Как родоначальница жизни, Весниана создала людей, посадила в землю семена цветов и деревьев, а также запустила в леса животных, птиц и насекомых.

«Чествуйте со мной начало жизни и питайтесь плодами моих деревьев», – сказала она людям, и нарекла период своего царствования на земле Уураанх Весной. В знак благодарности своей прародительнице, люди начали свою летопись с ее времени царствования.

Летта – сестра самая младшая, а посему беззаботная и миролюбивая, подарила людям огонь, который мог обогреть их жилище и на котором они могли приготовить пищу.

Свой период доминирования на землях Уураанх она нарекла Летом, в честь себя, и запретила проливать кровь на Великой земле, сеять разбой и разрушения.

Каждая определила свой праздник и двести лун на период господства по всей земле Уураанх. Своих созданий они призвали продолжать свой род, заботится о нем и обеспечивать себе и своим потомкам достойное погребение. Ибо властитель Царства Мертвых не принимал в объятия своего вечного земляного сна без подношений.

Размышляя о том, что узнал, Россдар шел домой, стараясь торопиться. Он оставил Боджи в гостиной, потому что не оставалось выбора, и наставил вокруг него преграды досками, чтобы тот не выполз. Главное, чтобы ничем не порезался и ниоткуда не упал. И хотя он торопился, то не остановиться у лавки Люшиса не мог. Старик сидел на крыльце и медленно курил, греясь в последних лучах осеннего солнца. Увидев его через дорогу, он прищурился. Так опасливо прищуриваются, когда видят привлекательного детеныша дикого зверя, не зная, то ли отойти от него из соображения безопасности, то ли остановиться и поиграть.

Возможно, он оцарапает руку, но встреча станет весьма занимательной. Люшис был любопытным стариком, что для старости совсем не характерно. Но ведь и человеком он был в высшей степени необычным. Невозможно было не заглядеться на желтоглазого дивного ребенка в огромных деревянных башмаках с учебниками под мышкой. Подозвав его к себе жестом, он выпустил дым клубами.