Удар «Стрелы»

Его сжигала жажда мести за перенесенный позор и стремление возродить былой авторитет непобедимого борца против неверных, который действиями русских спецназовцев был подорван. А посему шейх планировал наказать Россию за то, что она поддержала янки в их желании уничтожить его, руководителя круп-нейшей террористической организации. Государственный переворот в Таджикистане, по замыслу Абделя, явился бы началом новой экспансии против Москвы. А серия терактов, последующих позже, терактов кровавых и громких на территории самой России, дала бы понять Кремлю, что с Абделем лучше не связываться.

Пусть разбираются с Чечней, Грузией, очередной скорой занозой – Таджикистаном. А в Афганистане русским делать нечего. Достаточно оккупации восьмидесятых годов.

Абдель, плотно отобедав, прошел в рабочий кабинет, обставленный в европейском стиле. Присел в кресло у журнального столика. Позвонил в серебряный колокольчик. На пороге появился парень лет шестнадцати, юный фанат-ваххабит, слуга могущественного шейха.

Встал, низко склонив голову, сложив руки на груди, ожидая приказаний хозяина. Любое из них он готов был выполнить немедленно и не раздумывая. Подать ли шейху пиалу с ароматным зеленым чаем или перерезать горло тому, на кого укажет перст Аль Яни.

Абдель поздоровался со слугой. Иногда он любил поиграть в панибратство со своими подчиненными. Как сытый кот с пойманной мышью:

– Ассолом аллейкум, Раджаб!

Слуга склонился ниже, не ожидая подобного отношения к себе безжалостного и сурового шейха:

– Ва аллейкум, саиб!

– Как твои дела, Раджаб? Как служба? Не в тягость?

Мальчишка ответил по порядку:

– Благодарю, саиб, у меня все хорошо! Служба вам – священный долг, о которой я и мечтать не мог в своем горном кишлаке, как же она может быть мне в тягость? Я счастлив служить вам, господин.

Абдель довольно усмехнулся:

– Ты многого можешь добиться, Раджаб, если будешь предан мне.

– Можете полностью рассчитывать на меня, саиб! А я уж постараюсь.

Отдайте любой приказ, и я выполню его. Даже если после этого мне придется умереть. Умереть за веру – не это ли высшее счастье для правоверного мусульманина?

– Ну, Раджаб, не спеши умирать. Настанет время, и мы все окажемся перед Всевышним. А до этого нам надо много сделать в этой жизни.

– Как скажете, саиб!

Абдель приказал:

– Иди, найди Талбока! Пусть придет ко мне.

– Слушаюсь, господин!

Слуга, пятясь, покинул кабинет.