Потерявшийся (в списках смерти не значится)

Данила Её приглядел практически сразу – с подругой они мялись возле входа в зал, не решаясь пройти, хотя ребята посмелее давно уже просочились сквозь одинокого охранника.

Данила и Антон никого не подпускали к своему столику, хотя несколько посягательств от слабого пола уже было, но Данила всех «отшил».

– Слушай, блин, – начал «закипать» Антон. – Если мы баб «динамить» будем, так и кончится всё хуёво!

– Успокойся, – остудил его Данила. – Я ищу стопудовый вариант.

– Да ну нахуй?! – воскликнул Антон.

Он хорошо уже принял «на грудь» и осмелел. – А чем, блять, вон та шмара была не «стопудовым вариантом» -то??! – и он не глядя махнул в сторону девчонки, которой давно в том месте уже не было.

– Хочешь всякую залупу на хуй наматывать – на здоровье, ради Бога! – на пару секунд вскипел Данила. – Я ищу нормальную девчонку.

Антон выпил залпом полстакана пива и притих. Данилу же в этот вечер алкоголь не мог победить – он пил только водку, закусывал и запивал.

– Ты не склей ласты, Тоша! – Данила под столом пнул ногой своего товарища.

– Я в норме… – ответил Антон, но было ясно, что через час продолжения «банкета без перспектив», Даниле придётся на себе волочить этого плоскостопого «ухотерепевта» домой.

Загремела группа «Кар-Мэн» – Лондон гуд-бай! – и она будто оживила Данила:

– Смотри туда! – показал он на вход. – Две «кукушки» стоят. Они. – Даня ткнул пальцем в пустоту.

– Пиздец… – разочарованно простонал Антон, повернув голову в сторону входа.

 – Какие-то отличницы…

– Нормально… Я пошёл «склею» вон ту, что повыше, с кудряшками. Твоя —вторая! – бросил он Антону, отходя от стола.

– Да мне похую уже… Тащи хоть кого—нибудь, брат!

Преодолев пятнадцать метров зала, наполненного танцующими «телами», Данила остановился напротив подружек: та, что ему понравилась, являлась белокурой красоткой, локоны волос которой немного не доходили до её плеч. С чертами девочки и телом молодой женщины, девушка в Даниле пробудила животную похоть, и он решил во что бы то ни стало, переспать с ней.

Пусть даже и через год, два, три – всё равно… Невысокого роста – её большие карие глаза дотянулись бы до его глаз только лишь встань она на цыпочки… Она не была красавицей в принятом смысле этого слова и образа – её «портили» чересчур увесистые скулы, – но привлекательности ей было не занимать, а скулы, со временем, могли вообще стать её достоинством, а не недостатком.