Тридцать сребреников в боекомплекте

Он изредка пользовался услугами дамочек легкого поведения, она частенько не ночевала дома. А однажды едва не изменила прямо у него под носом.

В тот день отмечали у них в квартире какой-то праздник; он пригласил с десяток сослуживцев. Ирина начала прикладываться к алкоголю еще с утра и к приходу гостей уже была навеселе. Встречая гостей в дверях, она каждому кидалась на шею, целовала взасос – словно знала с детства и страсть как соскучилась. Видя такое дело, мужики тоже не церемонились: кто за столом приобнимет, кто мимоходом шлепнет по заднице.

При муже особо не усердствовали, зато без него… Под вечер Ирка упорхнула на кухню построгать закуски; Колодин через пять минут отправился в сортир. И пока шел по коридору, увидел замечательную картину: супруга стояла у рабочего стола и, закатив к потолку глазки, резала колбаску, а два его сослуживца, куривших до этого на лестничной площадке, усердно изучали ее анатомию. Один щупал грудь, второй шарил своей лапищей в трусиках. Колодин не стал скандалить и выяснять отношения. Он просто сделал вид, что ничего не заметил. Но именно тогда он окончательно решил, что разведется с этой женщиной, как только представится такая возможность.

В последнее время их отношения разладились окончательно. Жена смотрела на него волчицей, называла исключительно неудачником, все чаще уходила в алкогольную нирвану и пропадала по ночам неизвестно где…

Припарковав «Форд» во дворе, майор поднялся на свой этаж. Ирка была дома и, разумеется, не вышла его встречать.

Он обнаружил ее в спальне возле зеркала.

– Ты куда-то собираешься?

– Собираюсь. Тебе-то что?

– Куда?

– Отдохнуть.

– Ты устала?

– Да. Смертельно устала. От наших отношений. Удивляюсь, что я в тебе нашла?

– Ну, конечно, какой-нибудь бизнесмен лучше.

– Конечно! И не только бизнесмен. – Она прошла мимо, поправляя прическу. – Все, дорогой, пока.

– Стерва, – выдавил он вслед.

– Идиот, – послышалось из прихожей. И прежде чем грохнула дверь, она прокричала: – Прав был папа, когда противился нашему браку.

Через полчаса Колодин сидел на кухне и в одиночестве глушил водку под нехитрую закуску, найденную в полупустом холодильнике.

Выплескивая злость, он громко матерился. И подливал, подливал, подливал…

Успокаивали только три обстоятельства.

Первое: в сложенной брезентовой палатке, хранящейся в кладовке, он припрятал полученный от Декани аванс – пятьдесят тысяч долларов.