Ты мне никто!

Приятно, когда заслуженно хвалят.

– Честно сказать, я училась постепенно с самого детства. Были хорошие учителя.

– Ты, наверное, голодная? Заметил, что ты не обедала со всеми.

– Да, честно говоря, я и не ожидала, что сразу начну работать. Думала, что будет просто интервью.

– Пойдем тогда, моя Шурка навертела бутербродов, поделюсь с тобой.

Пока перекусывала, Егор Дмитриевич – так звали старшего механика – расспрашивал обо всем.

***

В обеденный перерыв пожаловала Юлька. Как только она появилась в дверном проёме – голова высоко поднята, во взгляде презрение, – почувствовал себя виноватым.

– Юля… – встал из-за стола. Ну, блин, как объяснить, что завертелся-закрутился?

– Бугров, ты совсем охренел?! Почему ты молчишь?!

– Дел полно, вот и молчу, – прочистил горло, чтобы сделать тон чуть жестче. Давно известно, что чем строже с бабами, тем они покорней. – А ты что здесь делаешь? Время обеда.

Она закрыла за собой дверь и, пройдя к столу, уселась на край. Втянул носом волнующий аромат ее дорогих духов и почувствовал, что соскучился. Соскучился по ее умелым рукам, губам, да просто понял, что хочу Юльку, хоть ори. А она, как назло, выгнулась кошкой, выставив буфера. Ух…

– Юль, щелкни замком и иди ко мне, – уже развалился в кресле, рука на ширинке, готовая вжикнуть молнией.

Подружка усмехнулась, облизнула розовым язычком губки, но с места не двинулась.

– Обеденный перерыв, говоришь?

– Угу, – подмигнул и опустил глаза вниз, указывая на припасенный для нее «гостинец».

– Ну так собирайся, и пойдем куда-нибудь перекусим. В то кафе на углу хотя бы.

– Ю-ля.

– Заодно поговорим, – продолжала она.

Настырная. И плевать, что брюки в том самом месте напоминают юрту. Чертова баба.

Шли по коридору, Юлька чуть впереди, позволяя мне полюбоваться ею. Бедра ходуном ходят, платиновой гривой чуть встряхивает…

…В кафе почти никого не было, заказ принесли быстро, и я набросился на еду, словно голодал целую неделю.

Подруга какое-то время молча наблюдала, а потом отодвинула от меня тарелку.

– В чем дело?

– Мы вроде пришли сюда поговорить.

– Это ты пришла поговорить, а у меня с утра во рту почти маковой росинки не было.

– Что-то эта девица тебя плохо кормит, – не выдержала, съязвила все-таки.

– Не девица, а сестра, – придвинул тарелку обратно. – Она только завтраки готовит.