Ты мне никто!

Едва я вошла в комнату, она вскочила и бросилась ко мне. На всякий случай я успела отгородиться от девицы барной стойкой. Следы от ее когтей на моем плече все еще напоминали о нашей первой встрече.

– Признайся, это сделала ты? – взвизгнула она.

– Что? – мои брови в изумлении взлетели вверх. За годы жизни с Лапшой я прекрасно научилась делать невинное выражение лица. Макар знал, а его подружка нет. – Не понимаю, в чём дело?

– Это ты подстроила все с пеной для бритья!

– Юля, успокойся. Заверяю тебе, что я не пользуюсь пеной.

Я обычно хожу в салон, где ненужные волосы мне удаляют воском. Мужчинам не очень нравятся бритые ноги – они колются. Это поэтому Макара еще нет дома, он решил попытать счастья на стороне?

– Ах ты, сучка! – вытянула руку в попытке достать меня, но я увернулась. – Ты приблудная тварь, и он только и ждет, когда ты отвалишь обратно в свою тьму-таракань! А меня он знает давно, иначе бы меня здесь не было!

– Еще посмотрим, как долго ты здесь задержишься, – хмыкнула, уже приняв решение.

Пущу в ход последнее средство. Не хотелось бы, но придётся.

Может, когда-нибудь сводный братец оценит мою заботу.

Послав воздушный поцелуй взбешённой фурии, я отправилась к себе и, дождавшись, когда Юлька уйдёт на покой, достала из сумки шприц и гуталакс, купленные накануне в аптеке.

Стараясь ступать как можно тише, спустилась вниз.

Холодец, который накануне приготовила подружка Макара, уже застыл и ждал своего часа.

Набрав в шприц лекарство, я прошпиговала им блюдо и, не в силах сдержать злорадный смешок, захлопнула дверь холодильника.

И вовремя. Замок щелкнул, и я молнией вознеслась на второй этаж.

Что там дальше произошло, я не знаю. Насколько поняла, Юлька от пуза накормила Макара холодцом, а через день ни ее, ни ее вещичек в доме не было. А Макар, наоборот, последующие дни провел дома, в основном у себя в спальне. И, кажется, ничего не ел.

Все эти дни я старалась уйти на работу пораньше, а вернуться попозже, и так, чтобы лишний раз не мозолить братцу глаза.

***

Сидел и нахваливал Юлькин холодец, по вкусу такой, как когда-то в детстве. Девчонка сидела напротив, ковыряла вилкой свою порцию и млела от моих похвал.

Первые признаки нездоровья я почувствовал, когда залез под одеяло к ждущей моих объятий Юльке, и только прикоснулся к ее телу, как в животе гулко заурчало. Не просто заурчало, а так, что я понял, еще секунда – и произойдет ужасный конфуз. Мгновенно покрывшись холодным потом, я бросился в туалет.