Серый градиент. Сумеречье

– Делайте что хотите, – отмахнулась Рей. – Все равно скоро сами передумаете.

Ее соседи захлопали в ладони, радостно крича: «Ура!», «Она согласилась!» и «Мы славно постарались!».

И какие мои слова они приняли за согласие? Нет, это определенно очень запущенный случай, их уже не спасти.

Лимит общения Рей был исчерпан. Уткнувшись лицом в парту, она закрыла глаза, игнорируя своих самопровозглашенных «друзей».

Сразу же по возвращении Профессор Поларис обрадовал первогодок долгожданной фразой «Все свободны», и те пулей вылетели из кабинета.

Когда Рей оторвалась от скамьи, проход ей перегородил Хордан. Нагло ухмыльнувшись, он с обеспокоенным лицом склонился над Сиерой.

– Сиера, скажи мне, если тебя будут обижать! Я разберусь с любым мусором, посмевшим тебе надоедать.

Красноречивый взгляд наверх намекал прямым текстом, но Рей, отметив про себя, что кто кому надоедает еще не совсем понятно, не разозлилась, а лишь покачала головой, с актерским талантом изображая сочувствие.

– Вот же дилемма.

Ты под это описание больше всего подходишь. Придется тебе с самим собой разбираться, Хурдан.

Член имперской семьи собрался было спорить, но поразмыслив, возмущенно проревел:

– Я Хордан!

– Без разницы.

В который по счету раз Хордан остолбенел от столь неуважительного отношения. Рей, презрительно хмыкнув, победоносно его обошла.

В память о Новерре будешь заменой Карлайлу.

Корпуса общежитий размещались в двух боковых частях здания – женская половина в левой, а мужская в правой.

– Десятая, десятая, – бормотала Рей, водя глазами по номерным табличкам. – Нашла!

В этот же момент за дверь, пронумерованную цифрой «10», прошмыгнули две девушки – одна с каменным лицом и стрижкой-горшок, другая с желтым ободком в волосах.

Здесь люди, там люди, прям как в муравейнике! То есть людовейнике. Неважно!

Не зная, где укрыться, Рей побежала в библиотеку, но та была закрыта. Оставался лишь один выход.

Хозяин подземной каморки, разложив ноги на столе, беспечно потягивал что-то (хотя зачем наводить таинственность – пойло, лишающее трезвости, без сомнений) из кувшина.

Выпорхнув из-под занавески, Рей насмешливо бросила:

– Что, уже днем напиваешься? Алкашня.

Эрнетт, застигнутый врасплох, закашлялся.

– Ты чего здесь забыла?

– По тебе соскучилась, – сострила Рей. – Библиотека закрыта, дай ключ.

Если бы ключник в данный момент снова пригубил напитка повышенных градусов, непременно зашелся бы в новом приступе кашля.