Улей

Прошел к холодильнику и из-за контейнера с замороженной лазаньей вытащил большой пакет с деньгами. Повернувшись, увидел, что Калиста, уже обувшись, стоит рядом с ним.

– Держи. – Он протянул ей деньги.

Забирая пакет, она наклонилась к нему. Ближе, чем в том была необходимость. Он чувствовал на лице её дыхание.

Предлагает поцеловаться?

Ну уж нет.

Рид резко отступил назад, спиной задев дверцу холодильника. Прикрепленные к ней магнитиком c эмблемой футбольной команды «Сиэтл сихоукс» счет из компании грузоперевозок и список продуктов, которые требовалось купить, соскользнули на пол.

– До свиданья, – сказал он.

Она скрылась за дверью, села в ожидавший её автомобиль.

И уехала.

* * *

16 сентября 2019 г., понедельник

Линдси слышала, как за её спиной тикают часы. Кошка Рида вдруг убежала в кухню. Боль искажала черты Рида, хотя со дня прощальной встречи с женой миновало много лет.

– И с тех пор вы больше её не видели?

– Только один раз.

* * *

Июль 1999 г.

Прошло несколько недель с того дня, когда он передал Калисте часть денег от продажи дома.

Она ни разу не позвонила, даже поздравительных открыток не прислала сыновьям, которые в этот период справили свои дни рождения. Словно она вообще никогда не имела отношения к их семье. Рид заметил, что мальчики перестали спрашивать про мать, и он, стараясь не напоминать им о ней, тоже прекратил говорить о жене. У него мелькала мысль, что, возможно, ей грозит опасность, но ни к каким действиям его это не подтолкнуло. Карен Рипкен уже прошла этот безнадежный путь. Она нанимала частных детективов, звонила в местную полицию по делам индейцев острова Ламми. Даже участвовала в одном из дневных телешоу, в котором обсуждалась проблема сект, заманивающих людей в свои сети.

– Это заговор, – заявила она ему как-то по телефону. – Готова поспорить, что наши телефоны прослушиваются.

– Нет, Карен. Это уж слишком.

Голос Рида, его задумчивый рассудительный тон успокоили её.

Правда, ненадолго.

Вскоре она снова вернулась к своим теориям заговора, доказывая, что происходит что-то преступное. Что в том, как Марни Спеллман влияет на её мать, есть что-то неестественное.

– Демоническое, – с жаром настаивала она.

– Да нет же, Карен. Это не так.

– Рид, у вас своё мнение, у меня – своё.

Он подумал, что она, возможно, пьяна. Или находится под воздействием наркотиков. Или настолько измотала себя, пытаясь вернуть мать в лоно семьи, что сломалась.