Переменная облачность

Скажу лишь только, что моя банковская карта и счёт в банке заблокированы. Всё, что у меня сейчас есть, это я сама и мой фотоаппарат. И долг перед тобой – четыре тысячи двести тридцать долларов. И ещё. Я знаю, куда я лечу. Но я понятия не имею, что меня там ожидает.

Джон слушал это признание, удивлённо покачивая головой:

– Да уж, Лула! Попробуй теперь разберись, чья судьба сложнее.

– Верно, Джон. Но знаешь что? Я, в отличие от тебя, не повесила нос. Невозможно стать победителем, ни разу не проиграв.

– Спасибо тебе, – внезапно сказал Джон.

– За что?

– Просто за то, что сидишь рядом.

Положив свою руку на её кисть, он слегка сжал ладонь девушки. Лула поначалу хотела отдёрнуть руку, но передумала. Ей нравился этот парень, так неожиданно встретившийся ей в нью-йоркском аэропорту. Цепляло такое удивительное сочетание мужественности и сентиментальности одновременно. Девушка чувствовала, как глубоко переживает Джон, как разрывают его эмоции, как кровоточит его раненое сердце, как ищет он слов помощи и сочувствия.

Почти как она… А ведь именно он первый протянул ей руку помощи в аэропорту, оплатил ей билет, взамен не потребовав ровным счётом ничего. И вот теперь (Лула это чувствовала) ему нужно было тоже помочь, ему было нужно это её рукопожатие, он нуждался в нём. Что ж, она была не против помочь Джону. Так же, как он помог ей… Потому что люди должны помогать друг другу… Потому что… Мысли, одна за другой, волнами накатывали на её сознание. Лула и не заметила, как погрузилась в сон.

…Ей снился отцовский дом в Ирландии. Небольшой, всего в два этажа, но такой знакомый с детства и такой уютный. Он стоял на краю маленькой деревни. Стены были из старого, покрытого мхом камня. Зелёные деревянные рамы окон смотрелись на них по-особенному тепло. Розы полностью взяли в плен южную часть дома, – коричневые ветки с розовыми бутонами поднимались к самой крыше из глиняной черепицы…

– Лула, тебе необходимо пристегнуться.

Джон осторожно коснулся её плеча. Девушка открыла глаза.

Стюардесса стояла рядом и ждала. Потянувшись, Лула защёлкнула замок на ремне вокруг своей талии.

– Сколько я спала? – зевнув, она проводила стюардессу взглядом.

Джон пожал плечами:

– Собственно, весь полёт. Мы уже идём на посадку. Я думал тебя разбудить, но не решился, ты спала так крепко.

– Последняя пара дней была для меня очень тяжёлой… Прости, Джон, из меня вышла сонная попутчица.

– Ничего, всё нормально, я тоже вздремнул.