Magic: The Gathering. Война Искры: Равника

Теперь в воздухе явственно веяло мятежом, а главным источником, главной его вдохновительницей была Тейса Карлов, ныне живущая внучка главы Обзедата. Да, первое время Тейса с Кайей друг друга поддерживали, но этот союз, очевидно, канул в прошлое.

Не сбиться с пути в хитросплетениях лабиринта Синдиката Кайе отчасти помог любовник Рала, Тамик Врона, однако Тамик был первым помощником, секретарем Тейсы, и последние пару лет тайно пособничал ей в попытках низвержения Обзедата с тем, чтоб возглавить гильдию самой. Пожалуй, Тамику Кайя симпатизировала, но безоговорочно доверять ему было бы явной глупостью.

Однако сейчас у них имелся общий враг – Болас, коварно обманувший и Кайю, и Тейсу, и Рала, и всех прочих жителей этого треклятого мира, а значит, на данный момент удара в спину со стороны собственной гильдии следовало опасаться в последнюю очередь.

Да, в этом Кайя ничуть не ошиблась.

Свернув за угол и выйдя на площадь, они с Ралом как раз подоспели к началу резни. Из исполинского портала валом валили неупокоенные твари, покрытые с головы до пят броней из какого-то синего минерала и беспощадно истреблявшие всех и вся, кого ни настигнут.

Рал не замешкался ни на секунду. Включив висевший за спиной Аккумулятор, он тут же принялся выжигать воинство нежити молниями, нередко уничтожая по два, а то и по три противника одним разрядом. С яростью на лице двигался он вперед – волосы торчат дыбом, пальцы раскалены электричеством добела, синие воины перед ним разлетаются в клочья один за другим.

А вот Кайя оказалась не так расторопна.

Новая волна усталости накрыла ее с головой, однако, увидев рыжеволосую мать, закрывающую собою рыжеволосого малыша, она поняла: с отдыхом придется подождать. Обнажив пару длинных кинжалов, которые носила на бедрах, Кайя рванулась к неупокоенному душегубу, занесшему над головой юной женщины меч. Мерцающие пурпуром клинки, напоенные магией, глубоко вошли во вражью спину. И магия, и оружие Кайи предназначались специально для расправ с духами, призраками, зомби и прочей нежитью, какой только мог оказаться этот ходячий труп в броне из синего минерала. Враг рухнул наземь, к ногам завизжавшей матери. Еще крепче прижав сына к груди, она – скорее, в ужасе, чем с благодарностью – подняла взгляд на спасительницу.

– Беги, – бросила ей Кайя.

Моргнув раз-другой, горожанка очнулась от порожденного страхом оцепенения, пригвоздившего ее к мостовой, и во весь дух помчалась к ближайшему зданию, по-прежнему прижимая к груди малыша.