Magic: The Gathering. Война Искры: Равника

Аббат шел впереди, за ним трусил вьючной зверь, за ним шли послушники, за ними – еще вьючной зверь, за ним – еще послушники, за ними – последний вьючной зверь, а уж за ним – он, Тейо Верада, нижайший из низших, самый бездарный из учеников аббата Барреса (о чем аббат так любил ему напоминать).

На ходу Тейо грезил о том, как закончит учебу, станет состоявшимся монахом Ордена Магов Щита и получит назначение в большой город вроде Оазиса, где всю самую худшую вонь, порожденную человеком, вода словно бы по волшебству уносит в трубу и далеко прочь.

«Может, уж этой-то магией смогу овладеть и я? – с тоской думал он. – Как там ее называла хозяйка? Что-то про сливы?»

Что у текущей воды может быть общего со сливами, он не понимал, но сливы любил всю жизнь. Сладкие, сочные, в дни солнцестояния их подавали послушникам к завтраку – целых две каждому. Вспомнив о сливах, Тейо приостановился, но тут же шумно вздохнул и вновь зашагал вперед. Он знал: при этаком скромном умении управляться со щитами места в Оазисе или другом подобном Оазису поселении ему не видать.

Счастье, если пошлют в деревеньку величиной с ту, безымянную, где он был рожден, а вскоре и осиротел – после первой же в жизни…

Вдруг кто-то сгреб его за плечи и встряхнул, возвращая из царства грез к насущным делам.

– Да ты что ж, разом ослеп и оглох, Буря тебя разрази?! – заорал аббат, перекрикивая свист усилившегося ветра. – Снимай мешок и готовься! Мы влипли! Живей!

Тейо послушно засуетился, избавляясь от мешка.

Гонимый Восточным Облаком, песок обжигал, сек неприкрытые щеки. Сощурившись, Тейо поднял руки и нараспев затянул заклинания, геометрические формулы магии щита.

Баррес шагнул вперед.

– Вздеть щиты! – заорал он, усилив магией голос, чтоб все могли слышать его за шумом ревущего ветра.

Тейо сосредоточился изо всех сил и выстроил, вычертил против каждой ладони по мерцающему белому треугольнику. И еще пару треугольников, под углом к первым. И третью пару.

А со стороны левой, «сильной» руки – и четвертый. Но треугольные фигуры тут не годились, и он это прекрасно знал. Алмаз есть ромб, а ромб ромбом и отражай. Однако с четырехугольниками послушник Тейо Верада управлялся неважно. Просто из рук вон плохо – особенно когда нужно спешить. К примеру, когда аббат на утренних упражнениях понукает. Или, к примеру же, когда вот-вот разразится алмазная буря…

Одним словом, щитам Тейо отчаянно не хватало равновесия.