StarСraft. Я – Менгск

– Ладно, ладно! Ты не толстая!

– А я что говорю, – сказала Дороти, довольная, что последнее слово в споре осталось за ней. Она посмотрела на Арктура. Юноша знал, что сестренка не забыла, что он не ответил на вопрос.

– Я хочу, чтоб вы с папой не ругались, – сказала Дороти.

– Мне тоже хотелось бы этого.

– Так почему вы ругаетесь?

– Трудно объяснить, Дот, – сказал Арктур. – Мы с папой… ну, у нас с ним разные мнения по поводу многих вещей, он очень упрямый и не хочет признавать, что не всегда прав.

– А ты что, всегда прав?

– Нет, не всегда, но…

– Как ты тогда можешь знать, что папа не прав?

Арктур открыл рот, дабы ответить на логические выкладки ребенка, и смутился, когда не смог найти ответа, что устроил бы обоих.

– Полагаю, я не знаю. Но он хочет, чтоб я делал то, что я не хочу.

– Что, например?

– Например, не быть тем, кем я хочу быть, – сказал Арктур.

– А кем ты хочешь быть? Разве ты не хочешь быть как папа?

Арктур покачал головой:

– Нет.

– Почему?

Тихий стук избавил Арктура от необходимости отвечать.

Он поднял глаза и увидел в дверном проеме мать. В длинном платье кремового цвета с темно-синим лифом Кэтрин Менгск выглядела свежей и бодрой, словно спала всю ночь, а не отбивалась от вооруженных боевиков.

– Дороти, пора завтракать, – сказала она.

– Но я не голодна! – заявила девочка.

– Не спорь со мной, юная леди, – предупредила Кэтрин. – Спускайся на кухню и скушай кашу, приготовленную для тебя Сеоной. И не надо воротить нос. Иди.

Дороти потянулась к Арктуру и чмокнула его в щеку.

Потом спрыгнула с коленей брата и выбежала из комнаты, волоча за собой Понтия.

Как только Дороти ушла, Арктур встал с кровати, надел рубашку и темные брюки, отрегулировал подтяжки.

– Ты так и не ответил на ее вопрос, – сказала мама.

– Какой вопрос?

– Почему ты не хочешь быть похожим на отца?

Арктур пригладил рукой темные волосы. Налил в стакан воды из серебряного кувшина у кровати. Прежде чем ответить, с шумом выпил.

– Потому что я хочу заниматься чем-то своим в жизни.

Кэтрин прошла в комнату – изящная, сильная – и положила руку на плечо Арктура. В этом прикосновении чувствовалась материнская любовь и утешение. Арктур подумал, что было бы здорово, будь они с отцом так же близки, как с матерью.

– Арктур, отец просто хочет, как лучше, – сказала мама.

– Он? Порой я думаю, он просто хочет слепить из меня свою копию.

Кэтрин улыбнулась.

– На самом деле я вижу, как много у вас общего.