Три подруги и разбитое зеркало

С другой стороны, это мог сделать не он сам, но по его приказу. Например, кто-то из его волков.

– Точно, точно! – закивала Ниса. – Они могли выбивать из Мишки какие-то сведения!

– Имеются и другие претенденты. В частности, Лозовский и вожак пятнистых. Только пока непонятно, какой конкретно из двух – Захар или пришлый котик, метящий на должность главаря. Мы, кстати, так до сих пор и не выяснили его имя. А хорошо было бы знать.

– И каким образом нам это сделать? – печально откликнулась Ниса, вертя в пальцах бумажную салфетку, быстро превращая её в комок.

 – Заявиться в его стаю с вопросами? Боюсь, это может плохо кончиться.

– Ну, почему же сразу в стаю? – протянула я.

– Ага, то есть, предлагаешь приставать с вопросами к людями на улице?

– Не перегибай, – отмахнулась я от подруги, которая приобрела привычку утрировать всё, что попадалось под горячую руку.

– Мы знаем о нем только две вещи, – и она принялась загибать пальцы. – Он оборотень-ягуар. И в нашем городе без году неделя.

– А еще он напал на нас с Фирусой, – добавила я. – Да, не густо.

– Что-то мне подсказывает, – издалека начала подруга, – что зря мы Максика в главные враги записали. У нас появился новый лидер рейтинга.

– Думаешь? – вскинула я бровь со скепсисом.

– Ну, по крайней мере, насчет Макса мы можем быть уверены – он не станет тебя убивать, – рассуждала подруга. – А вот по поводу пятнистого у меня большие сомнения.

– Если Фируса у него, то её либо уже нет в живых, либо станет таковой очень скоро, – произнесла я, стараясь не думать над собственными словами, а просто сказать это, будто говорю о ком-то постороннем, не имеющим ко мне никакого отношения.

 – Он просто казнит музу на глазах у других оборотней, чтобы очистить репутацию свою и своих юных последователей, которую так старательно марал Захар.

– А если у Макса? – спросила Ниса, хотя сама прекрасно знала ответ.

– В этом случае наша подруга готовится поделиться своим телом с древней гадиной, которая всё никак не подохнет, – даже думать о подобной участи было мерзко.

 – Получается, самый удачный вариант из всех – Лозовский. Он продемонстрировал отсутствие кровожадности и умеренный сволочизм. Ему единственному Фируса больше нужна живой, чем мертвой.

Ниса подняла взгляд от стакана, по краю которого водила пальцем, размазывая капли воды. Её глаза округлились, а рот изумленно приоткрылся.

– Рад, что мне удалось впечатлить тебя, – прозвучал за спиной приятный баритон.