Три подруги и древнее зло

 – Но они меня взбесили! Ты видела, чем они там занимаются?

– Видела, – кивнула Ниса, сохраняя подозрительную невозмутимость. – Фигней они занимаются, как и все нормальные детишки их сложного переходного возраста.

– Это они кричали, – просипела я, хватаясь за бутылку минералки. – Или не они, но из их квартиры.

– Наверное, насмотрелись ужастиков, решили попугать друг друга и самих себя заодно, – пожала плечами банши, облокачиваясь о косяк. – Мы тоже, если ты помнишь, вызывали то Пиковую Даму, то матерящегося гномика, то дух Гоголя.

Это было безобидно и весело.

– А что, если они там реальные ритуалы проводят? – стиснула я пластиковую тару до характерного хруста под пальцами. – Что если крик был не человеческий?

– Единственные ритуалы, которые они могут проводить – это ритуалы по призыву пиздюлей от мамы с папой, – фыркнула подруга, а после тихо заметила: – Паскудно выглядишь.

Я жадно глотнула воды прямо из горлышка.

– Чувствую себя ещё гаже, – честно поделилась я, отрываясь от бутылки.

– Прими душ, выпей чего-нибудь успокоительного и ложись в кроватку, – посоветовала подруга, подходя ко мне и приобнимая за напряженные плечи. – А то глядя на тебя мне остро хочется выпить.

Допустить очередного запоя подруги было категорически нельзя, а потому я кивнула, набрала полный рот воды, надув щеки словно запасливый бобёр, и потащилась в ванную на водные процедуры.

Глава V

Через час мы легли спать. Вернее, спала Ниса, громко и немного по-детски посапывая, а я лежала на спине и смотрела в потолок.

Сон не шел, более того, ощущалось нарастающее желание заняться чем-нибудь, чем угодно, хоть вязанием зимних носков, лишь бы вот так не лежать, созерцая пустоту. Но проблема заключалась в том, что любое занятие, требовавшее значительное вмешательство рук, выходило у меня до слез паршиво. Вышивание, вязание, шитье, рисование, лепка из глины, вырезание снежинок, создание папье-маше, построение песчаных замков – ничего из этого не являлось моим призванием. И это ещё было мягко сказано. Конечный продукт всегда выглядел настолько плачевно, что люди интересовались, нет ли у меня умственно отсталого племянника, чьи работы я выдала за свои. Уверена, что даже сидя в детской песочнице на дне моря я лепила самые кривые куличики!

Дойдя до этого момента в своих размышлениях, я резко села, не в силах больше валяться бревнышком. Встав, тихонечко прокралась на кухню, стараясь не разбудить подругу, хотя Ниса редко спала чутко.