Мальформ

Наконец они остановились на черном пятне среди буйства красок – траурное платье, которое она не снимала после смерти отца почти год. После него другие цвета ей казались вульгарными, вызывающими, порочащими ее саму и утрату их семьи. И только-только Эдит начала постепенно возвращаться в мир цвета и жизни, начав с серого, темно-синего и томного фиалкового. И продлилось это совсем недолго…

Рядом с чернильным шелком соседствовал красный (точно знамя) кусочек. В него и вцепилась взором Ханна будто бык во время corrida de toros – ужасающей забавы жителей Эспани, во время которой нарядный мужчина сперва раззадоривал животное красным полотном, а затем всячески терзал на потеху толпе, кульминацией же становилось элегантное убийство.

При взгляде на кровавую переливающуюся ткань никаких других ассоциаций у нее не возникало.

В гардеробе имелся лишь один такой наряд: велюровое тяжелое платье с длинным шлейфом. Учитывая предстоящую жару, утро ясно давало понять: солнце не сдаст позиций и продолжит превращать Британь в раскаленный тигель после полудня, а может и вечером.

А сама мысль об этом удушающем наряде заставляла сию же секунду избавиться от него.

– Нравится? – поинтересовалась Эдит, когда сильная кисть Ханны заскользила по нежной и теплой ткани. – Возьми его себе. Оно мне даже большевато, а тебе, думаю, подойдет в самый раз.

Как только ей сошьют наряд ренвуаров, а это произойдет через пару дней, то все эти одежды ей более не потребуются.

Она раздаст их. Разумеется, Куинси достанется ровно столько, сколько та пожелает, они с ней одинакового телосложения. И их крепкая дружба дает ей такое право. Конечно же, она не будет так рада этим платьям, как остальные. Ее подруга не пожелала бы для нее такой участи… Остальное пойдет для родственниц всех тех, кто работает в Милтон Хаус, и пансиона, где она обучалась. Тут уже девушкам будет весьма лестно. Ведь многие из них, включая не только сотрудниц, но даже некоторых учениц, не смогли бы себе позволить подобные одежды. Может, им они принесут счастье и изменят их жизнь?

– Что вы… Я не могу, – отнекивалась Ханна. – Куда же мне его носить?

– У тебя ведь бывают выходные, – не сдавалась Эдит. Она тоже упертая, когда это того требует, и когда вовсе не хочется весь день потеть в бархате.

– Верно. – Ханна извлекла платье из платяного шкафа и приложила к телу.