Темный Союз

Все выходы из академии надежно охранялись, но в местах, где из города доставляли продовольствие, караул менялся чуть чаще и с небольшими перерывами. Если улучить момент, вполне можно спрятаться в повозке, которая отъезжает обратно.

Нарушать новые правила, которые ввели после неудачного испытания (комендантский час, когда наступал вечер, перемещение по территории группами, запрет на выход в город для Варлага и Фера и многое другое), друзья не собирались, пока что… Это могло повлечь к их ужесточению и помешать побегу, когда (или если) в нем возникнет необходимость.

Варлаг и Фер так ничего путного и не нашли. За многие дни, проведенные в архивах, им удалось разыскать крупицы информации про джархи и их обладание. Книги и свитки времен Эльфината упоминали про этот народ довольно часто, но не содержательно. Варлаг узнал, что их страна окружена горными кручами, которые не преодолеть, как твердили книги, а попасть туда можно только со стороны моря.

Ну, хоть что-то… В таком случае путь бы их пролегал через шахство Аразих или южные края дикарей – Зун, а потом пришлось бы раздобыть судно.

Касательно эскуры – они лишь обнаружили подтверждение слов Катэля о разрушении тела и разума обладателя в трактате “Гниль моей души”, написанного от имени якобы юного эскурида Ментира. Еще в книге присутствовала огромная доля таких художественных преувеличений, что с трудом верилось в правдивость этого повествования.

Автор утверждал, что научился этому обладанию в совершенстве и, дожив до седин, основал академию эскуридов на Той Стороне Ойры, чтобы однажды обрушить всю мощь тьмы на Мэриел.

Вся эта история происходила пять веков тому назад, до становления Эльфината, и состояла из описаний бесконечных душевных страданий и угрызений.

– А вдруг это не выдумки? – говорил Фер. – Придется отправиться на Ту Сторону, чтоб выяснить…

– Скажешь тоже… Вряд ли эта книга осталась бы в Высьдоме, если хоть слово из нее правда.

Да и эскура культа этого Ментира не обрушилась на Владычество ни тогда, ни сейчас. Я нашел ее на полках с драматическими произведениями, между прочим… А еще там обнаружилось сочинение под другим именем, но с точно таким же слогом о страданиях комбинатора с четырьмя обладаниями.