Руководство по истреблению вампиров от книжного клуба Южного округа

– Тогда они тебе тем более не нужны, – успокоила ее Грейс. – Сегодня утром я разговаривала с Беном. Он сказал, что Энн Сэвидж положили в интенсивную терапию. Если я еще что-нибудь узнаю, я тебе сообщу.

Телефон звонил не переставая. О происшествии не написали в утренних газетах, но это не имело никакого значения. Никакая пресса, теле- или радиокомпания не могли сравниться по скорости сбора и распространения информации с женским населением Олд-Вилладж.

– Все принялись ставить тревожные кнопки, – сообщила Китти.

 – Хорс сказал, что позвонил насчет этого и ему ответили, что смогут приехать и осмотреть дом только через три недели. Я не знаю, как мы будем жить все это время. Хорс говорит, что волноваться не о чем, так как у него есть ружья, но, поверь мне, с этим человеком я ходила на охоту на голубей – он едва может попасть даже в небо.

Следующей была Слик.

– Все утро я молилась за тебя.

– Спасибо, Слик.

– Я слышала, что племянник миссис Сэвидж приехал сюда откуда-то с севера.

Ей не потребовалось давать каких-либо дальнейших разъяснений. Все знали, что север более или менее везде одинаков: беззаконен, относительно дик, и, хотя там есть хорошие музеи и статуя Свободы, северяне настолько безразличны друг к другу, что могут позволить людям умирать прямо на улице.

– Лиланд сказал мне, – продолжила Слик, – что несколько агентов по недвижимости заходили и пытались уговорить племянника выставить дом на продажу, но он не хочет этого делать. Никто из них не видел миссис Сэвидж, когда был там, племянник говорил, что она очень слаба и не встает с постели.

Как твое ухо?

– Часть его она проглотила.

– Какая жалость! – посочувствовала Слик. – Это были такие замечательные сережки!

Позже в тот же день снова позвонила Грейс и сообщила шокирующую новость:

– Патриция? Это Грейс Кавана. Я только что узнала от Бена, что миссис Сэвидж час назад скончалась.

Патриция внезапно ощутила страшную слабость и едва не упала. На кухне как будто выключили весь свет – стало темно и неуютно.

Желтый линолеум показался ей протертым до дыр, она различала каждую царапину, каждое пятно, оставленное грязными руками возле выключателя.

– Как? – спросила она.

– Это не бешенство, как ты, наверное, подумала. Какое-то заражение крови. Она страдала от недоедания и была сильно обезвожена. А еще на ней нашли множество инфицированных язв и порезов. Бен сказал: врачи удивились, что она протянула так долго.