S-18. Охота за сокровищем

Дикая погоня

Что-то было в корне неправильно, и Тим, забыв на мгновение о драме, которая вскоре должна была разыграться в небе, побежал к Ральфу. Он подхватил своего друга на руки, когда тот споткнулся. Кровь свободно текла из длинной раны на правой стороне головы Ральфа.

Ральф был на грани потери сознания, но сделал героическое усилие, чтобы заговорить.

– Томми, – прошептал он. – Макдауэлл перерезал свой парашют. Если он когда-нибудь переступит через край, ему конец.

Лицо Тима побелело от тревожных слов Ральфа.

Парашют Томми перерезан! Он взглянул вверх. Самолеты находились почти на высоте 2000 футов. Еще через несколько минут они сломя голову помчались бы навстречу друг другу, и Томми перешагнул бы через борт, чтобы упасть на землю, как падающая звезда. Глаза Тима закрылись, чтобы прогнать образ, промелькнувший у него в голове.

Прентисс подошел к нему.

– Что случилось?

– Я точно не знаю, – сказал Тим, – но Макдауэлл перерезал парашют Томми ножом. Позаботьтесь о Ральфе.

Я поднимусь наверх, чтобы остановить Томми.

– Отведите его в мой кабинет, – приказал Карл Хантер, который прибежал и услышал слова Тима.

Прентисс взял Ральфа под руки и направился к административному зданию, в то время как Тим и Хантер сбежали по пандусу.

Тим оглядел поле. Было невозможно вытащить "быстрый Юпитер", которым владели "Ньюз", или "Американский туз", которым управляли они с Ральфом, из своих ангаров. Он повернулся к другим самолетам на поле. Потребовался бы быстрый самолет, чтобы добраться туда вовремя, чтобы остановить крушение двух самолетов.

Его взгляд остановился на собственном моноплане Макдауэлла. Он был аккуратным и быстрым, а двигатель мощностью 300 лошадиных сил был способен поднимать его почти вертикально ввысь.

– Я сяду на самолет Макдауэлла, – сказал он Хантеру. Начальник аэродрома помог ему, и они вдвоем развернули машину и направили ее в открытое поле.

Тим забрался внутрь, споткнулся о разбитые доски, за которыми скрывался потайной отсек, и сел в кресло пилота.

Управление немного отличалось от тех самолетов, на которых он привык летать, но он знал, что сможет без проблем управлять машиной. Он взглянул на указатель расхода топлива. Бак был полон на четверть.

Один из летчиков подбежал к нему, протестуя против использования моноплана, но Хантер отмахнулся от него с кратким объяснением. Тим включил стартер, и мотор, все еще теплый, завелся на первом повороте.