Кибер-лихорадка

Или бедный ублюдок был идиотом, или этот упрямый Приллонец не прожил на Колонии достаточно, чтобы выбрать кого-то.

Я бы сделал ставку на второго. Я видел потребность в его глазах. Потребность выплеснуть ярость.

Сделать больно.

Он хотел напасть на меня. Подраться. Не сдерживаясь. Я знал это чувство, это отчаяние, скребущую нужду ударить, пнуть. Избить.

Причинить боль. Кровоточить. Почувствовать что-то настоящее.

Я скучал по кайфу от боя, по эйфории от победы. Когда мы сражались с Ульем, мы были важны для Коалиции.

Защищая других. Делая важную работу.

Теперь? Мы добывали полезные ископаемые для транспортной системы. Мы отсчитывали дни и отбивались от скуки с каждым вздохом. Бесполезность. Теперь мы были ничем, и это как глотать лезвие. Больно, от начала и до конца.

– Я собираюсь заставить тебя истекать кровью, Военачальник.

Приллонец тяжело дышал, желая начать битву. Его руки были сжаты в кулаки по бокам, его грудь массивная и мускулистая. Гнев и ожидание закипали.

Я принял вызов.

Отвлечься. Единственная вещь, которую я желал больше, чем провести пару часов в этой бойцовой яме, это тёплая, влажная киска. Пару, умоляющую меня, трахнуть её. Попробовать её на вкус. Наполнить моим семенем. Мой зверь начал слоняться внутри меня от этой мысли.

Но для меня не находилось невесты. Никогда не могло. Я проходил тестирование более трёх лет назад, безуспешно. Я считал, что запрет на невест для заражённых воинов был обоснован. Мы были неполноценными. И никогда не будем. Не то чтобы моё мнение имело значение.

Большинство воинов здесь подверглись протоколам тестирования Программы Межзвёздных Невест, когда Прайм Найэл снял запрет для изгнанников Колонии более года назад. А мы могли пересчитать по пальцам одной руки невест, прибывших на Базу 3.

Только потому, что он позволил заражённым создавать пары, не означало, что для кого-то из нас была надежда.

Невест здесь было мало. Некоторые говорили, что их присутствие даёт воинам надежду. Но я всегда был реалистом. Для меня не могло быть спасения.

Ни одна мягкая, красивая женщина не заслуживала монстра, которого я носил внутри. Он был слишком диким. Я сомневался, что даже легендарные парные браслеты смогут на него повлиять, смогут успокоить животное внутри.

Улей забрал слишком много. Они вынудили меня войти в режим зверя и пытали меня несколько дней. В конце концов, они меня сломали, и моего зверя, и я по-прежнему нёс в себе этот позор.

Мне следовало заставить их убить меня.