Прирученная воинами

Как только мы начнем протокол, вы будете немедленно обработаны и переправлены по назначению.

– Сегодня? Сейчас?

Вот черт. К «сейчас» я была совсем не готова.

Она кивнула.

– Да. Сейчас. Я приведу вашу семью.

Она оставила меня, и остальные женщины последовали за ней. Я смотрела в потолок, сжимая и разжимая кулаки, пытаясь сохранять спокойствие.

Мой отец? Черта с два. Он не был моим отцом, но Страж этого не знала. Я не была дома в Нью-Йорке уже два месяца. Дом? Это была скорее квартира, где я ночевала, когда была не на задании.

То есть… практически никогда. Но, по крайней мере, я не буду по ней скучать.

Начальник вызвал меня во время моих единственных трех выходных за последние три месяца и отвез прямо из Нью-Йорка в Пентагон на два месяца интенсивной подготовки. Когда я приземлилась в Майами, меня встречали на лимузине. Я должна была знать, что после обработки больше не вернусь домой. Черт, я и знала, но где-то в глубине души все еще надеялась, что это какая-то глупая шутка.

Это оказалась пустая надежда, и я ничего не могла с этим поделать.

Не то чтобы можно было отказать Компании. Моя работа не из тех, где ты можешь просто уволиться. Это не мафия, но шпион тоже не может просто уйти в отставку и стать школьным учителем. Всегда было новое назначение. Работа. Новая угроза, новый враг.

Но отправить меня в космос в роли невесты инопланетянина? Это было чересчур даже для них. Тем не менее, я знала, почему меня выбрали. Я свободно говорила на пяти языках, была действующим полевым агентом в течение пяти лет и, что более важно, я была не замужем, у меня не было родственников и нечего терять.

Мои родители давно умерли, и я была женщиной. Казалось, что инопланетяне просили только невест женского пола, и я задавалась вопросом, были ли среди них геи? Требуются ли воинам-геям невесты? Или они просто завязывают отношения со своими собратьями и этого им достаточно?

Так много вопросов без ответов. Вот почему они нуждались во мне.

Подопытный кролик? Жертвенный агнец? Ага.

И то, и другое.

Тяжелая дверь распахнулась, и вошел мой начальник, за которым последовал человек, которого я тоже узнала, но мы были едва знакомы. Они оба были одеты в простые синие костюмы и белые рубашки, у одного желтый галстук, у другого с узором. У обоих были по-военному короткие стрижки с сединой на висках. Они были ничем не примечательными людьми, мимо которых пройдешь на оживленной улице и никогда не заметишь, если только не посмотришь им в глаза.