Сдаваться киборгам

У меня был, так же как и у Максима, но пока он не появится у нее, я боялся, что у Максима могут быть проблемы с контролем парного инстинкта, который должно быть бушует в его крови. Как только наша пара примет свой ошейник, мы трое будем связаны, физическая связь позволит нам изучить нашу невесту, считывать ее эмоции и ее желания. Мы не будем способны читать ее мысли, но и она не сможет скрывать правду от нас. Мы будем знать возбуждена она или в гневе, страдает или смущена. Ошейники соединят нас как семью, помогут нам узнать, как доставить удовольствие нашей паре, как сделать ее счастливой.

Как заставить ее остаться.

Максим двинулся, одна рука гладила ее вверх и вниз по спине, другой он поддел ее под руку, будто она нуждалась в помощи, чтобы устоять на ногах.

«Что происходит?» ? спросила она, ее голос дрожал.

«Надзиратель Эгара послала за нами» ? сказал Максим, ?ты в опасности».

«Что? О чем вы говорите?» ? Рэйчел выдернула свою руку и отступила назад. Несмотря на то, что я знал, что Максим мог удержать ее от движения, он позволил ей высвободиться.

Она никогда больше без нас никуда не направится.

«Могу я вам что-то сказать?» ? спросила надзиратель Эгара.

Максим отступил и наша пара сделала глубокий, прерывистый вдох и потерла виски.

«Пожалуйста, надзиратель», ? Максим склонил голову перед женщиной, которая носила один из самых уважаемых титулов на Флоте. Никто не желал обижать надзирателя, только не тогда, когда их работала означала, что у нас был шанс встретить пару.

В жизни после войны с Ульем.

Надзиратель Эгара не стала затягивать и ее голос был оживленным. «Рэйчел, твой адвокат получил известие, что кто-то приказал напасть на тебя».

Нападение на Земле означало убийство. Идея мне не понравилась и я сжал руки в кулаки. Запланированное убийство должно было произойти в тюрьме, далеко отсюда, но я хотел вернуться и выследить этих людей и оборвать их жизни только за мысли о причинении зла Рэйчел.

«Нападение? Я не понимаю!» ? она провела рукой по своим темным волосам и я мог уловить ее волнение.

Я хотел успокоить ее, но я знал, что бы я или Максим не сделали для этого, ничего не сработает. Пока нет. Как только ошейник будет на ее шее, мы сможем успокоить ее, утешить нашими собственными чувствами.

«Джон позвонил мне. Судья отклонил прошение содержать тебя в одиночной камере», ? сказала ей надзиратель Эгара. Ее сухой тон повлиял на Рэйчел. Она не успокоилась, но ее тревога и гнев также не возросли.