Alatis. Наследие. Книга 2

Калеб, как звали этого брата, был уверен, что его жена будет рваться в бой, и он сам готов положить свою жизнь на достижение победы. Но Калеб никак не мог позволить себе оставить своих детей без обоих родителей.

Примерно те же самые вопросы преследовали меня, когда я шел на ужин. Решение у меня уже было готово, но я лишь больше убедился в нем. После молитвы, прежде, чем принесли блюда с едой, когда все уже присели, я остался стоять возле стола и обратился к своим братьям и сестрам.

– Многим интересно, кого же я выбрал для реализации своего плана.

И хоть я благодарен всем за готовность помочь, я не могу позволить участвовать многим из тех, кто вызвался. – громко произнес я.

По залу прошелестел гул огорченных голосов.

– Дело не в недоверии или недостатке квалификации. Просто я не могу позволить детям остаться сиротами, позволить кануть нашим традициям в Лету, переступить порог новой жизни, ничего не вынося из старой. Поэтому женщины-воины и старики, послушники, не вступившие в статус воина, не пойдут на это дело.

По этой же причине и потому, что ты моя правая рука, я не позволяю и тебе, Авем, участвовать с нами. Знаю, ты будешь злиться, но на этом деле я пойду ва-банк, и могу не вернуться в братство. Тогда мне нужна будет замена.

Я обернулся к ней и поймал на себе прожигающий взгляд.

– Я не страшусь возложить этот долг на твои плечи. Ты, как никто другой, поддержишь оставшихся братьев и сестер, пока мы будем вершить историю. Авем, ты продолжишь начатое мной дело и прекрасно позаботишься о братстве.

Я верю в тебя. Верю, что ты понимаешь мои мотивы и мои цели, верю, что ты вдохновишь наше братство строить новую жизнь, если вражеская пуля вновь пронзит мое сердце.

– Спасибо. – одними губами произнесла она.

– Каждый должен помнить, ради чего мы это делаем: ради будущего, ради наших детей, ради жизни вне страха. – я обвел зал пристальным взглядом, повернулся к тем, кто сидел справа и слева от меня.

Наши с Иеронимом взгляды встретились. По моему взгляду он понял, что я задумал.

Иероним глубоко вдохнул, собираясь что-то произнести, препятствующее моему решению, но я опередил его.

– Но, если в этот день ты, Авем, потеряешь и своего мужа, ничто не сможет возместить тебе эту утрату. И тогда мое решение окажется ошибочным, ибо оно будет незавершенным.

– Не вздумай, Аллан! – прошипел Иероним, подходя ко мне – Я не позволю тебе самому сумасбродствовать в обители Максвелла.

– Мое решение неоспоримо.