Скорпика

Несомненно, те, кто верил в Богиню Изобилия, соединяли руки в молитве, склонив головы и сохраняя спокойствие. Она знала, о чем они молятся – о дочери, но сама не питала никакой надежды. Многие из этих женщин уже девять раз молились за нее. Она стояла вот так же, сгорбившись и опустив голову, и эти молитвы падали, как семена на твердую почву, так и не пуская корней.

Путь не открывался.

Очередная сдавливающая, выжимающая боль навалилась на нее, и женщина попыталась понять, что она чувствует в центре схватки – орех внутри скорлупы.

Была ли это твердая, плотная голова, которую ее тело сдавливало в направлении дневного света? Или конечности, сдавленные и спутанные друг с другом, которым некуда деться? Она не стала спрашивать повитуху. Если новости были плохими, то Кхара не хотела их знать. Ее мокрые от пота волосы, отросшие во время беременности, как того требовали традиции, лезли ей в глаза. Она проклинала их. На рассвете после рождения ребенка ее снова остригут. Если ребенок родится.

– Кхара, – прошептала Виш, которая редко называла ее по имени, даже несмотря на все годы дружбы между ними. – Вы здесь?

– Здесь, – пробурчала она, хотя перед глазами плыли звезды. – Я ушла в себя?

– Только на мгновение, – сказала Виш, но в ее голосе теперь звучало беспокойство.

Кхара поняла, что времени прошло больше, чем одно мгновение. Если бы она потеряла сознание, если бы она не смогла привести этого ребенка в мир, кто знал, что бы случилось? Кхара доверила своему телу родить девять мальчиков.

Роды прошли без проблем. Теперь ее тело было другим, роды были другими, ребенок был макилу. Она не могла доверять своему телу. Ей нужен был рассудок.

Кхара обратилась к Више.

– Говори со мной.

– О чем?

– О чем-нибудь.

– Моя королева, я не могу, – сказала Вишала, теперь ее знакомый голос стал тверже, в нем появилась странная строгость.

– Что? – Кхара пыталась сосредоточиться. На мгновение она увидела лицо Виш: теплые карие глаза, темный ореол коротко подстриженных волос, тонкие губы, поджатые в четкую линию.

 – Что?

– Нет. Не я. Говорите вы.

Сейчас она находилась в состоянии покоя между схватками, в блаженном, ни на что не похожем ощущении, и громко рассмеялась. Конечно, ее подруга знала, что делать. Повитуха разбиралась в родах, но Вишала до глубины души знала Кхару.

– Плутовка!

Никакого ответа не последовало, что, очевидно, было сделано намеренно.