Наездник Ветра

– Мне трудно поверить, что ты три года смог оставаться на одном месте, служа одному господину, – выпустил Иоанн новую стрелу и тут же, не удержавшись, пустил ещё одну вслед за нею: – Или, быть может, следовало сказать – одной госпоже?

Рашнар улыбнулся.

– Да, у меня были к тому причины, – ответил он, – давай ещё пить.

– Давай.

На этот раз чаши наполнял Иоанн. Пока Рашнар пил, а его любознательный собеседник лишь делал вид, что пьёт, вошли двое слуг и загромоздили стол двумя блюдами. На обоих лежали куски жареной баранины с чесноком.

Рашнар, утирая рот рукавом, поглядел на слуг как-то странно.

– Подите вон, – молвил он, тяжело вздохнув, – вон! Не вздумайте ещё раз появиться здесь, не то я срублю вам головы! Впрочем, нет. Несите ещё вина!

– Дружок мой, Рашнар, – начал Калокир, провожая взглядом слишком уж церемонно попятившихся лакеев. Те потрудились исчезнуть за один миг, и он завершил свою мысль: – Я вижу, что ты несчастен.

– Да, – подтвердил Рашнар, – так и есть. Вряд ли для того, чтоб это заметить, нужна особая проницательность!

– Это видно с первого взгляда.

Также могу я тебе сказать, что ты хочешь смерти, а никаких причин для этого, кроме вздора про Александра Македонского, я не вижу. И я заметил это ещё на пристани. Вот поэтому пригласил тебя пообедать и побеседовать.

– Иоанн, да как это ты не видишь причин? – возмутился викинг, – возможно ли в этом городе быть счастливым хоть на минуту?

– Разве ты пленник здесь?

Рашнар промолчал и опустил голову.

– Вероятно, – предположил Иоанн, – тебе много платят?

– Да, – был ответ, – мне очень хорошо платят.

– Так что же тебе не нравится?

Продолжая хранить интригу, Рашнар налил в свою чашу много вина и стал его пить большими глотками. Иоанн за ним внимательно наблюдал почти трезвым взглядом.

– Ты не ходил с василевсом на сарацин? – поинтересовался он, когда викинг, поставив чашу на стол, потянулся к мясу.

– Нет, не ходил. Моё место – здесь.

– Странные слова для варяга! Здесь нет сражений.

– Ты надо мной решил пошутить? Какой из меня варяг? Я уже давно не варяг, а чёрт знает что! Мои руки скованы, а в глазах у меня туман. Мне давно не хочется ничего – ни любви, ни жалости, ни веселья! Если я и хожу порою по кабакам, то лишь затем, чтобы…

Рашнар не договорил. Калокир глядел на него с печалью и грыз редиску.

– Видимо, кое-кто действительно недалёк умом, раз держит такого усталого человека на такой должности, – бросил он довольно небрежным тоном.