Наездник Ветра

Едва сын стратига остановился, очередная молния, сверкнув ниже, вновь выхватила из мрака белую церковь. До неё были всё те же пятьсот шагов. Она не приблизилась ни на дюйм. Иоанн присел на могильный камень, чтоб отдышаться. Кресты блестели вокруг него, как глаза вампиров. А дождь всё лил. «Святой преподобный Феодор Стратилат обманул меня! – подумалось Иоанну, – за что, за что? Ведь его-то ведьма зеленоглазая не могла никак соблазнить!»

Вздохнув, юноша провёл дрожащей рукой по камню. И обнаружил на нём цветы. Он взял их.

Поднёс к глазам. Это были розы, только что сорванные августой по имени Феофано в царских садах. Отшвырнув букет, несчастный ощупал надпись на камне. «Иоанн Калокир» было высечено на нём.

Живой обладатель этого имени, леденея, возвёл свой взгляд к небесам, чтобы впервые в жизни спросить о чём-то у Бога. И тут ему на плечо опустилась чья-то рука. Завопив от ужаса, он вскочил. И сразу услышал прямо над своим ухом жалобные мольбы:

– Иоанн, очнись! Патрикий, приди в себя! Ради бога! Да что с тобой?

Будущий патрикий рухнул в реальность.

Солнечный день. Лужайка перед дворцом. Никифор Эротик, белый от ужаса, держит руку на его вздрагивающем плече. Иоанн схватил помощника логофета за горло.

– А, негодяй! Это ты её любовник! Ты заговорщик! Это всё ты, ты!

– Нет, это не я! – завопил Никифор Эротик, освободившись, – ведь ты же прекрасно знаешь, Рашнар спит с нею!

– Рашнар – ничтожество! Пешка! Кого она действительно любит? Скажи, кого?

– Да не знаю я!

Иоанн провёл рукой по глазам.

«Она дьяволица!» – подумал он. Вслух же произнёс, мучительно улыбнувшись:

– Прости, Никифор! Это всё святой преподобный Феодор Стратилат. Он меня подвёл.

– Ничего, бывает, – сухо сказал Никифор Эротик. И, повернувшись, зашагал к башне. Растерянный Иоанн потащился следом, еле волоча ноги, уставшие от прогулки по кладбищу. «Здесь какой-то адский клубок, – решил он, ероша волосы, по которым, казалось, ещё стекали капли дождя, – и я в нём увязну к чёртовой матери!»

Лев Мелентий был не один в своём кабинете.

Он сидел, покусывая перо, за своим рабочим столом, спиной к галерее с видом на белый от волн Босфор. Его визитёр разместился в кресле. То был мужчина лет тридцати пяти – невысокий, крепкий, с умным лицом, в густо запылённом костюме всадника. На коленях он держал меч.

– Георгий Арианит, ты здесь? – вскричал Никифор Эротик, входя с нахмуренным Иоанном. Последний замер. Имя, названное Никифором, было ему хорошо известно.