Из могилы с любовью

У нас нет долгов, нет невыполненных обязательств. О личной жизни Александра Ивановича судить не берусь.

Капитан достал пачку сигарет.

– Курите?

– Нет, спасибо.

Петухов сунул сигарету в угол губ.

– И дыма не переношу!

Пришлось оставить сигарету не зажженной.

– Правильно ли я понял, что вы не исключаете убийства на личной почве?

– Я этого не говорил. Просто эту сторону жизни своего компаньона я знал недостаточно, чтобы делать какие-либо выводы. Извините, но я предпочел бы закончить наш разговор.

Я должен ехать на деловые переговоры, и мне не хотелось бы опаздывать.

– Конечно, конечно, дело прежде всего. Я тоже так считаю, – заверил Михаил Витальевич. – Тем более, что вопросы мои пока исчерпаны.

– Что значит "пока"?

– Они могут появиться. И, как о личном одолжении, я попрошу вас на них ответить.

– Это все?

– Все, будьте добры, ваш пропуск, Виктор Геннадьевич.

Петухов подписал пропуск, и посетитель ушел. Теперь можно было и прикурить.

– Не хочется мне его подозревать, – сказал капитан затягиваясь.

– А, по-моему, подходит.

– Ты его откуда знаешь, Дима?

– По выборам. Он пролетел на них.

– А в другой раз победит.

– Вы что, прочли его предвыборную листовку и поверили?! – удивился старший лейтенант.

– Да, из нее сразу видно, что мы имеем дело с большой сволочью. Такие обычно побеждают.

– Только сначала, – добавил идеалист Соколов.

Еще совсем недавно существовала традиция платить за опоздание на встречу.

Время делового человека стоит дорого, даже такса была разработана. Обычай как-то не прижился, но опаздывать по-прежнему (и, что печально, для нашей безалаберной страны – навсегда) не рекомендуется. Виктор Геннадьевич всегда был человеком собранным, организованным и от необходимости всюду успевать не страдал.

Шофер притормозил "Вольво" у обочины ровно за десять минут до срока. Сиротин вышел из машины и нырнул в предупредительно распахнутые референтом стеклянные двери.

Стекло и мрамор были слабостями Виктора Геннадьевича. Что нельзя было сделать из стекла, выкладывали мрамором. Кроме кое-какой мебели. Мраморный стул был бы жестковат, а стеклянный стол позволял бы читать бумаги, не подбирая ключа к замку ящика. Немало людей с удовольствием заглянут в стол бизнесмена. Хоть промышленный шпионаж только-только стал входить в моду.

Едва Сиротин занял кожаное кресло, референт доложил о прибытии гостей.