Вынужденная посадка Ми-17

– Почему бесполезно? Подавить охрану, открыть ворота.

– Ты совершаешь ту же ошибку, которую допустил и Фарди. Пока русские не будут точно знать, что их пленные офицеры находятся в этом самом месте, они просто никак не проявят себя. Еще, Абдул, не забывай о том, что русские практически никогда не получают задачи по одной цели. Если их спецназ придет сюда, чтобы вытащить пленников, то его командир наверняка будет иметь задачу и по уничтожению тех, кто захватил штурманов. Внешняя разведка России имеет в Афганистане обширную агентурную сеть.

Она узнает о тебе и твоем формировании даже больше того, что известно тебе самому.

Хабитулла посмотрел на Дувани, затем обвел взглядом местность, увидел бетонный столб, лежавший в траве в тени старой чинары.

– А ну-ка пройдем туда, Карим.

– Ты же собирался посмотреть ангар.

– Пойдем. У нас есть время.

– Как скажешь.

Они прошли в тень дерева, присели на столб.

Хабитулла повернулся к Дувани и заявил:

– А теперь, друг мой, давай, объясняй, что с тобой?

– Ничего.

Я же говорю…

– Что с тобой, Карим? Только честно. Я пойму. Помогу.

– Честно?

– Только так!

– Хорошо. Буду честен. Устал я, друг. Не знаю, когда это произошло, но я понял, что наша борьба бессмысленна. Нами манипулируют как марионетками. Нет, не руководство нашей организации, а американцы. Они кукловоды. Только им нужна дестабилизация в регионе. Они взорвали мир в Ливии, Сирии, Йемене, до этого в Ираке и здесь, в Афганистане, создали наше движение. Когда нас стало мало, появилось ИГИЛ.

В результате мы, мусульмане, убиваем не неверных, а друг друга, уничтожаем сами себя. Я больше не могу в этом участвовать. Не хочу. Собирался поговорить с тобой раньше, но как-то не получалось. Потом я попытался успокоиться, убеждал себя в том, что это временное состояние. Оно пройдет, и все будет как прежде. Не прошло, не стало. Я разочаровался, потерял всякое желание воевать. Я хочу умереть спокойно, пусть в бедности, в своем старом доме. Отпусти меня, Абдул. Ты знаешь, я умею держать язык за зубами. А сам, если считаешь нужным, продолжай войну. Ты хотел правду и услышал ее. Теперь решение за тобой. Ух, даже легче стало!

– Я услышал и понял тебя, брат. Давно надо было сказать, – проговорил Хабитулла.

– Не смог.

– Да что теперь об этом. Конечно, я отпущу тебя. Ты очень много сделал для нашего движения. Проливал кровь врагов, терял свою и заслужил отдых. Я отвезу тебя в Кандагар, дам денег. Но не сегодня.