Налётчики

– Ольга дома?

– Нет, как с утра ушла…

– Ну, пока.

– Тоня, вечером не задерживайся!

Вот взял манеру ее поучать. Не опаздывай, позвони, скажи… Только “застегнись” еще не говорит, а то был бы копией родной тещи в молодости – не отличишь. Даже интонации, показалось Антонине Макаровне, у них похожи. Она набрала другой номер.

– Зоя, привет, ты чего не звонишь мне, а?

– Здравствуйте, драгоценная Антонина Макаровна! – Зоиному восторгу не было края, товаровед “Галантереи” на том конце провода таяла, как сыр в духовке.

 – Да разве до вас дозвонишься! Вы же нарасхват, особенно сегодня. Мы с утра с девчонками звонили, стихи поздравительные сочинили, а вы то трубку не берете, то занято без конца. Антонина Макаровна! Я вас поздравляю от всего нашего коллектива, желаю, чтобы дебет всегда сходился с кредитом, а также здоровья, счастья и больших–больших дивидентов. А мы вам всегда готовы во всем помогать. Вы, наверное, сегодня такая красивая, прям – царица бала! Хоть бы одним глазком увидеть! Хотите, сейчас стихи прочту или попозже, когда к нам заедете?

– Не трещи, Зойка, аж ухо болит, – чуть строго сказала главный бухгалтер.

 – Как у вас там дела идут?

– Нормально, Антонина Макаровна, – бодро ответила Зоя. – Контора пишет, в смысле – считает. Товар поставщики весь, какой должны были, подвезли, выручка, Галя прикидывала, обычная, средняя для лета. Все в порядке, разве мы можем подвести вас в такой день? Если не верите – проверьте!

Как можно не верить такому искреннему возмущению, особенно когда знаешь, что в любой момент можешь эту подлизу уволить.

И она, Зойка это, конечно, тоже распрекрасно знает.

– Верю, поэтому проверю завтра, – сказала Антонина Макаровна. – За поздравление спасибо, всем передай, с меня шампанское.

– А стихи, Антониночка Макаровна?

– Все завтра, сегодня мне некогда. Пока.

– Всего вам хоро…

Главбух не привыкла говорить дольше, чем надо и по телефону, и лично. А слова льстивые ее не очень трогают, знает она всем этим зойкам цену, даже если они, как Людмила, вдруг поднимаются наверх.

И нутро, и манеры – все прежнее остается, никуда не девается. Все они – рядовые да сержанты, так сказать, а она, как никак – дочь полковника, и со всякими паршивками ее не перепутаешь.

Антонина Макаровна достала пудреницу, посмотрелась, мазнула подушечкой по носу и лбу. Нет, не перепутаешь. Папа служил в инженерных войсках и сумел пристроить дочь в профильный институт. А потом она в здешнюю бухгалтерию попала, правда не сразу.