Выжить. Вернуться. Отмстить

Макаров с благодарностью посмотрел в глаза Вологодиной, почувствовал, как постепенно тает лед в его сердце.

– Спасибо тебе, Галя!

Капитан непроизвольно перешел на «ты», и Галина восприняла это как должное:

– За что, Дима?

– За слова твои теплые! За то, что ты… такая! Жаль, не познакомился с тобой раньше.

– И что бы изменилось?

– Много, если не все!

– Ты ошибаешься. Ничего не изменилось бы. Во-первых, ты еще любишь Ирину, во-вторых, я просто не подпустила бы тебя к себе, не желая стать разлучницей.

– Ты говоришь, что я люблю Ирину? А мне кажется, любви уже нет, осталась обида да еще, пожалуй, чувство невосприятия предательства, измены.

– Вот именно, что кажется. Ты сильно привязан к супруге. И простишь ей все, лишь бы она стала прежней, той, которую ты полюбил.

– Нет, Галь. Я уже не смогу жить с ней. Даже потому, что никогда и никому не прощал предательства. Такой уж у меня характер. Да и думать мне больше следует о дочери. Ирине дочь стала безразлична, словно не она рожала ее.

Галина спросила:

– А что с дочерью, если не секрет?

– Для тебя не секрет. Она инвалид. Передвигаться может только на коляске.

– А где же она живет?

– В Рязани, у моей матери!

– И ничего нельзя сделать?

– Врачи говорят, можно, пока еще можно, но для операции нужны большие деньги. Я найду их, чего бы мне это ни стоило. Вот вернусь из командировки и найду! Нет ситуации, из которой не было бы выхода.

– Я сожалею, Дим, что у тебя так складывается жизнь. Но ты сильный мужчина, ты справишься, я уверена в этом.

А если потребуется моя помощь, то всегда можешь рассчитывать на нее.

– Ты уже сильно помогла мне. Спасибо!

– Перестань, мы же люди, мы должны, пусть всего лишь словом, поддерживать друг друга.

Макаров невесело усмехнулся:

– Если бы все думали так, как ты! Но ладно, засиделся я. Пора и честь знать. Да и ливень пошел на спад. Летние дожди, они короткие. Да, пойду, хотя, признаться, с удовольствием остался бы! Навсегда! Но… это невозможно. Я не забыл твоих слов.

Извини, если что не так! Не осуждай и… не жалей меня. Ты права. Я справлюсь. И все еще наладится. Только ты… если сможешь… черт, я говорю глупость.

Капитан поднялся, вышел в прихожую, накинул ветровку, открыл дверь:

– Прощай, Галя!

И направился к выходу из подъезда. Вслед услышал:

– До свидания, Дима! И помни, я смогу! Ты только возвращайся!

Макаров дернулся назад, но Галина захлопнула дверь квартиры.

Капитан вышел на улицу. Закурил.