Улус Джучи

 – Вон за тот дом сверни, потом иди прямо! Что у тебя с ногой? Почему хромаешь?

– Она после операции, – еле слышно вымолвил Димка, сворачивая за корпус. – У меня сахарный диабет, флегмона была. Евгений Владимирович над ней поработал.

– Что? Тебя оперировал мой начальник? Ты его знаешь?

– Очень хорошо знаю. Он мне ещё одну операцию делал, после автомобильной аварии. Два ребра вытащил из лёгкого. Ты вчера в ординаторской могла видеть его работу.

– Это был ты? – вздрогнула от ужаса Ариана. – Ставь меня на ноги! Быстро ставь! Я пойду сама! У тебя все швы разойдутся!

– Не бойся, не разойдутся.

Лучше тебе замолчать. Мне так будет легче.

Ариана расплакалась, но послушно закрыла рот. И Димке, действительно, стало легче. Вскоре он дотащил её до дороги, которую они оба пересекли минут двадцать пять назад. Дорога была пуста. За нею и сквериком грохотал товарный состав. Когда он отъехал, среди деревьев стали видны огни оживлённых улиц, которые примыкали к метро.

– Наверное, нам придётся топать до Щукинской, – сказал Димка, остановившись перед дорогой.

 – Нет ни одной машины. И не предвидится. Что за стрёмное захолустье?

– У тебя нет с собой телефона? – всхлипнула Ариана.

– Нет, я впопыхах дома его оставил.

Тут они оба прислушались. И не зря. С левой стороны доносился шум мощного мотора. Он нарастал. Вскоре появился автомобиль, да ещё какой! Это был большой белый "Мерседес" с тонированными стёклами. Он свернул с перпендикулярной улицы и стремительно приближался, расплёскивая химическое болото.

Дрожащая Ариана, одной рукой продолжая обнимать Димку за шею, стала махать другой. Красивый автомобиль резко сбавил скорость. На его правом крыле ярко замигал поворотник. Когда машина остановилась, Димка направился к ней, уже из последних сил неся Ариану.

– К задней, к задней двери, – взволнованно прошептала та ему на ухо, – и сядь рядом! Мне очень страшно!

– Бояться нечего, – сказал Димка. Ему пришлось слегка наклониться, чтобы его спутница дотянулась до дверной ручки.

Ей это удалось. Дверь легко открылась.

– В Текстильщики отвезёте? – крикнула Ариана в машину. Ей, судя по всему, ответили утвердительно, и она сняла шапку с ног, вернула её на место. Её ступни были белыми, как у мраморной статуи Афродиты, а ногти – красными. Но от действия реагентов лак начинал слезать. Это было видно. Усадив девушку, Димка мягко захлопнул дверь и стал обходить машину, чтобы расположиться слева.