Та самая неведомая Драколлизия

Теперь вместо крови он пил более безобидные «напитки», например, коктейль «Кровавая Мэри». Однако, учитывая, что из-за недостатка клыков речь вампира кардинально изменилась – проще говоря, он стал жутко шепелявить, – многие коктейли поменяли своё название. Теперь в баре продавали не «Кровавую Мэри», а «Кйовавую Мэйи», и только так! И откликался вампир на имя Зосуа.

Вернулся Зыркающ.

– Ну? – предельно коротко поинтересовался пёс.

– Всё в порядке, – ответил чёрт. – Технику скоро доставят прямо сюда. Тебе придётся спрятаться.

– Не впервой.

– А что с ребятами? Все согласились?

– Конечно. Я всегда могу на них положиться.

Раздался звонок в дверь.

Зыркающ снова вышел.

Дец закрыл биомеханическую дверь. Пёс услышал, как кто-то заходит в квартиру и разговаривает с безрогим чёртом. Потом раздался звук, явно свидетельствующий о том, что много разных вещей сгружают на пол. Ещё пара фраз, и, кажется, визитёр удалился.

– Можешь выходить, – оповестил Зыркающ.

Децербер так и сделал.

Когда ему на глаза попалась внушительная куча оружия, анализаторов и прочей техники, сложенная в прихожей, он не удержался и восхищённо присвистнул.

В свете подвижных ламп, включённых Зыркающем, «гора» смотрелась особенно впечатляюще и переливалась разноцветьем.

– Грамотное отношение к делу! – похвалил Дец. – И оперативно!

– На том стоим, – отреагировал чёрт. – Безразмерная сумка у тебя, конечно, с собой?

– Конечно. А верёвка есть?

– Лучшая из лучших. Укреплённая сплавами.

– Это просто праздник какой-то! Что ж, в таком случае, не будешь ли ты любезен пройти на кухню? А то мне не терпится привязать кое-кого к стулу.

У тебя же есть стул?

– Лучше спроси, есть ли у меня кухня.

– Даже если нет, уйти, не привязав тебя, не могу. Так что выбирай: либо стул, либо люстра. Люстра-то у тебя точно имеется. – И Дец озорно подмигнул чёрту.

Тот посмеялся – правда, немного нервно, поскольку с Децербером ни в чём нельзя быть уверенным до конца. После чего выбрал стул…

…В баре Зосуа царила приятная полутьма, но не потому, что вампир боялся света.

Нет, потеряв клыки, он приобрел световую резистентность. А вот ночной клуб без соответствующей атмосферы – нонсенс. Поэтому, как положено, в темноте сверкали разноцветные огни. Посетители танцевали, и кружились, и вертелись, и отрывались под заводной рокерский музон. Музыканты же, этот музон создававшие, выкладывались на сцене на сто процентов, потели, уставали – но получали удовольствие. И деньги.