Черный кот на рояле

– Капитан, ты видишь, что творят?! – полный негодования громкий рык старпома вызвал треск в рации.

– Вижу. Сидите пока на жопе ровно и не высовывайтесь. Машина! – рявкнул Воронцов в трубку ГГС.

– Слушаю, капитан, – ответил как всегда спокойный голос стармеха. – Что там у вас творится?

– Ты готов?

– А как же!

– Полную мощность выдать сразу способен?

– Надо – выдадим по всей программе.

– Добро! Конец связи.

Пиратская шхуна медленным ходом, как и предполагал капитан, приближалась с подветренной стороны.

Подойдя примерно на полкабельтова, несколько прибавила скорость. На палубе уже четко просматривалась группа людей, вооруженных легким стрелковым оружием, в основном автоматами «Калашникова», – примерно семь или восемь человек – те, кто находился в поле видимости. Пулеметчик внимательно наблюдал за сухогрузом, держа руку на гашетке ПК.

– Товарищ капитан, – голос третьего помощника звучал не очень уверенно. – Может, все же с береговой охраной свяжемся?

– Ты на карту посмотри – где мы, а где они! – зло буркнул Воронцов.

 – Это равносильно ночному воплю: «Милиция, милиция!»

– Понятно.

– Капитан! – вновь в рации прорезался голос Королева. – Ждем указаний!

Воронцов на некоторое время сосредоточился. Потом, решительно тряхнув головой, поднес микрофон к губам. В настоящий момент он рисковал не только блестящей карьерой, но и жизнью подвластных ему людей. Он избрал путь, присущий только его характеру – отважному и всегда авантюрному. И ответственность, только личную, без всяких оправданий.

Он капитан! Он единоначальник и он принимает решения на своей территории – территории государства, доверившего Воронцову этот пост.

– Слушай команду! При сближении бандитов с судном – атака всеми средствами пожаротушения по палубе. Цель – деморализовать противника и залить машинное отделение. Всех ползущих на борт тварей – глушить к чертовой матери подручными средствами. Самим не гусарить! Ну что, моряки, задача ясна? – нарочито весело переспросил Воронцов.

Снизу он услышал приглушенный довольный рев личного состава.

Подошедшую вплотную для абордажа пиратскую «джонку» залили тоннами воды и пены. Буквально через пару минут она стала похожа на пропитанную мыльную губку и безвольно, с выведенными из строя машинами, покачиваясь на волнах, застыла возле борта сухогруза.

– Сдавайтесь, фашисты, сволочи! – перемешивая призывы о капитуляции с крепким матом, кричали сверху обозленные русские моряки.