Мечта маньяка

Его толстая шея развернула одутловатое лицо с выраженной щетиной в нашу сторону.

– Сюда, сюда… Скорее!..

Быстрым движением руки он энергично привлекал к себе внезапно нарисовавшихся гостей. Его лицо, несмотря на одутловатость, было полно живого энтузиазма, азарта и счастья. И все ломанулись на призыв. Клюнули.

Я едва успел натянуть чьё-то драное шмотье и чьи-то стоптанные ботинки, чтобы не опоздать.

– Смотрите!

И все смотрели. Я смотрел из-за спин прочих. И мы видели.

Но что мы видели?

Много-много фоток молодящейся бабы с рыжей копной на голове?

– Жена? – спросил я.

Это был вариант ответа, который первым приходил в голову.

– Нет, конечно же.

– Тогда кто она?

Тут уже спрашивал человек с ножом. Его красивые зеленые глаза недобро посмотрели в мою сторону. Они предлагали мне заткнуться.

– Дура тупая!

Свисающий на стол живот толстяка затрясся от дерзкого хохота.

– Вот же овца!

Он не смеялся. Он ржал и бил себя при этом по колену. Но вдруг всё это резко прекратилось.

И толстый узловатый палец указал на один из мониторов.

– Поверить не могу…

– Во что?

– В это…

– Во что «это»?

– В это…

И мне, и человеку с ножом, и всем остальным хотелось понять. Но мы не понимали, хотя всматривались в монитор изо всех сил.

– Ты, видимо, помешан на этой рыжей блядине…

Недалекие характерные особенности не позволяли человеку с ножом видеть дальше своего носа. Он как обычно искал простой прямой путь.

– Лучше дай нам то, зачем мы пришли.

– Да нет же, – возразил толстяк, – Вот же он!

– «Он» – это кто?

Толстяк с укором посмотрел на человека с ножом, презрительно оценил нож и возможно подумал, что холодное оружие действительно ума не прибавляет.

И тогда, действуя исключительно в интересах особо одаренных личностей, он уже не просто указал, он ткнул пальцем в монитор, тем самым даже царапнув ногтем пластиковое стекло.

– Тот, кого я искал.

– И кто же он?

– Главная цель.

Мы уже не смотрели на уродливую рыжую дамочку, пытающуюся строить гримасы на камеру или поющую мимо нот на празднике пенсионеров.

На разных мониторах встречались разные варианты событий. Теперь мы смотрели на заурядного старикана в полосатом бело-голубом поло и серых штанах под чёрным ремнём. Таким дедулей сложно было удивить. Его редкие седые волосы с проплешинами и выступающий над ремнем животик были символом его поколения. Удивляться было не чему. И радоваться определённо тоже.

Мы продолжали пребывать в непонимании.