Гетерозис. Хроники боли и радости

Я попытался сообразить, что это значит, но бесполезно. Мне, конечно, приходилось слышать про разрыв сердца и селезенки, однако такое никогда раньше не происходило с толпой в двадцать с лишним человек.

– Как это понимать?

– Палыч сказал, что во всех внутренних органах произошло резкое повышение гидростатического давления, в результате чего они попросту лопнули. Смерть наступила мгновенно.

– Но что могло вызвать такое?

– Об этом нам уже вряд ли узнать. Да и зачем? Мое дело убийства, ограбления… Эти же люди умерли своей смертью.

Или может мне засадить за решетку магнитные бури?.. Другое дело этот чертов поезд. Мало того, что он сгорел загадочным образом, так еще и трупов не удалось обнаружить.

В этот момент на столе зазвонил телефон.

– Да, капитан Майоров слушает… Да, я еще на работе… Хорошо. Жду.

Через минуту оперуполномоченный положил телефонную трубку на её законное место и заявил:

– Думаю, мы с вами достаточно наговорились. Езжайте домой и забудьте об этих несчастных.

Поднявшись со стула, я протянул руку капитану и сказал:

– Искренне благодарен вам за оказанную помощь.

Людям моей профессии редко удается достичь понимания со стороны уголовного розыска.

Майоров без притворной симпатии пожал мне руку и в качестве прощальных слов добавил:

– Надеюсь еще раз вас увидеть, но уже без дьявольски мрачных поводов.

Поздний вечер того же дня.

– Надеюсь, что она еще не спит, – думал я, стоя перед комнатой, в которой остановилась Наталья.

Ждать пришлось недолго.

– Заходи, – сказала она, открыв дверь и увидев на своём пороге мою персону.

– Желаешь приготовить мне кофе? – спросил я, развалившись у неё на диване.

– А у самого паралич?

– Разве ты не пожалеешь несчастного инвалида?

– Я бы этого инвалида убила за то, что он без вести пропадал целый день.

– Ты невыносима.

– Кто бы говорил.

Когда черный кофе обжег мою глотку, я внезапно вспомнил, что с утра ничего не ел.

– Дурная привычка экономить на сахаре.

Она пропустила моё замечание мимо ушей.

Никакой реакции. Гол в свои ворота. Но секундой позже её лицо превратилось в страшненький наскальный рисунок, от которого у меня внутри резко похолодало. Так она попыталась изобразить ожидание новостей.

– Ты что-нибудь узнал?

– Да.

– И что?

– Нам пора ехать домой.

В этот момент в дверь постучали. Пока Наташа шла к двери, я пытался допить свой кофе, хотя он категорически не хотел совмещаться с голодным желудком.