Тени прошлого. Расплата

За ним большая сила.

– Вот только открыто эту силу ни Гасани, ни его покровители применить не смогут. Первым, кто кинет Гасани в случае возникновения у него серьезных проблем, станет его американский куратор полковник Бенсон. Ему совершенно не нужен шум вокруг их тайной подрывной деятельности. Так что сила-то есть, но это не каменная стена, а всего лишь глиняный дувал.

– Я бы не был так самоуверен.

– А я, отец, не самоуверен. Посуди сам, если вдруг у Гасани начнутся проблемы, что в первую очередь сделает Бенсон?

– Он попытается снять эти проблемы, но ты прав, без шума.

– А если ему не удастся снять проблемы и они будут только нарастать?

Табрай посмотрел на зятя.

– Ты уже планируешь действия против Гасани? По-моему, это дело русских из Кабула.

– Я просто размышляю.

– Бенсон, пожалуй, прикроет бизнес Гасани.

– Он тихо уберет его.

– Вопрос в том, Муштак, кто создаст такие проблемы Гасани? Твои новые друзья? Три человека? Или четверо, если к ним присоединишься ты?

– А разве ты не поможешь нам? Есть и другие люди, которые ненавидят американцев.

Они же сбросили тебе информацию? Почему? Только ли потому, что когда-то вместе с тобой воевали против Советов? А может, причина все же в том, что они, как и ты, разочаровались в новом правительстве, поняли, что американцам в Афганистане нужен не порядок, а хаос, чтобы обеспечить очередное нашествие талибов? Теперь уже с прицелом на Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан? Янки пришли сюда, чтобы подмять эти республики, навредить России. Плевать им на то, что станет с Афганистаном. Главное, чтобы заполыхали границы России. А они потом умоют руки. Как сделали это в других регионах.

– Я не хочу углубляться в политику.

– Но ведь я прав?

– Возможно. Однако противостояние даже с одним Гасани – слишком опасная затея, имеющая мало шансов на успех.

Хазани улыбнулся и проговорил:

– Но мы с твоим сыном Бакаром при небольшой помощи Рахима из Баджи уничтожили американский мобильный патруль, вооруженный до зубов, и не оставили за собой никаких следов.

Скажи, ты поверил бы в это, если бы не знал, что так оно и было?

– Скажу честно, Муштак, нет, не поверил бы.

– Вот видишь. Значит, нет ничего невозможного. Не существует ситуации, из которой нет выхода, просто мало кто умеет найти его.

– Мне все понятно. Ты пойдешь с русскими!

– Я еще не решил.

– Решишь. – Табрай вздохнул и спросил: – А помнишь, у Арби я едва не убил тебя? Всевышний сохранил твою жизнь.