Скандар. Призрачный всадник

Митчелл не удержался и продолжил настаивать на своём:

– Если всё это правда, то, согласно песне, нам стоит беспокоиться ещё кое о чём. – Он ткнул пальцем в одну из строчек. – О некоем «наследнике тёмного друга духа».

– Ненавижу шарады, – пробурчала Бобби. – Зачем всё так усложнять?

Скандар ещё раз перечитал слова песни, и ему в голову пришла мысль, от которой он похолодел. «Наследник тёмного мага духа…» Если тёмный друг духа – это Ткач… А вдруг в истинной песне на самом деле говорится о нём? Он сын Ткача, этот секрет известен только его квартету и тёте, Агате Эверхарт.

Да, Ткач также рассказала об этом своим солдатам, но, по словам папы Митчелла – не скрывающего своего глубокого разочарования, – новые заключённые тюрьмы почти ничего не помнили с того момента, как их насильно привязали к диким единорогам. Эта мысль потянула за собой следующую, не менее пугающую: если вдруг кто-то об этом узнает, они наверняка решат, что Скандар и есть наследник Ткача. А если так и есть? Но нет. Он не поддастся тьме. Он не станет таким, как мама. Она предложила ему присоединиться к ней, и он отказался.

Чтобы отвлечься, Скандар перечитал куплет про надежду:

Но людям дан шанс искупленья:

Будет битва за титул, его нам

В смертный час Королевы паденья

Наездник Первый в дар передал.

– Тут говорится, что дар, завещанный Первым Наездником, поможет всё исправить. – Он поднял голову. – Что это за дар, как вы думаете? И при чём тут «смертный час Королевы»? Разве на Острове были королевы?

– Кажется, на острове была Королева диких единорогов.

Ещё до того, как сюда прибыли наездники. – Фло, нахмурившись, всматривалась в лежащую на столе газету.

– А что за дар? – спросил Скандар.

– Если верить старым преданиям, Первый Наездник перед смертью будто бы оставил что-то для Острова, – легкомысленно отмахнулся Митчелл.

– Но что? – не отступил Скандар. – Кто-нибудь его уже находил? Пользовался этим – что бы это ни было, – чтобы выиграть какую-то битву?

Бобби громко фыркнула.

– Ты чего? – спросил Скандар.

– О, ничего. – Она сорвала с ветки рядом горсть листьев.

– Нет, правда, в чём дело?

– Просто это немного напрягает: ты уже корчишь из себя будущего героя. Уже планируешь сражаться за какой-то дар, о существовании которого узнал пару секунд назад.

– Я не корчу из себя никакого героя – я британец! Мне интересно!

Бобби пожала плечами:

– Как скажешь.