Ядерная тень

А вот на улице им повезло: как только они повернули за угол и их стало не видно из окон особняка, тут и подкатил к ним Анатолий Евлампиевич со своим предложением. Еще месяц назад Анатолий Евлампиевич и его приятель Седой принадлежали к числу приверженцев защиты прав обездоленных, но по этическим соображениям из группы ушли. Не добровольно, правда, но это уже другая история. Обиды на Сокольского за то, что его выгнали, Анатолий Евлампиевич не испытывал, обратно в группу не рвался. Приходил к особняку больше по привычке, а сдать местоположение Сокольского его вынудило жуткое похмелье и потребность в деньгах.

Так Богданов заполучил сомнительного сообщника в борьбе против диссидентской группы «Правозащитники».

Анатолий Евлампиевич сразу предупредил, что работает только за наличку, вызвал друга на «Москвиче» и отвез подполковника Богданова и майора Дубко в пригородную зону, где, по его словам, находилась новая база диссидентов. Базой пользовались относительно недавно, не более двух-трех месяцев, обустроили ее в заброшенном доме неподалеку от деревушки Алехново.

Почему здесь? Да кто их знает. Видимо, так они себе представляли выражение «уйти в подполье». Установив у дома в Алехново наблюдение, подполковник Богданов отправил Анатолия Евлампиевича за Дорохиным и Казанцом, позвонив им из ближайшей деревни. Но за то время, пока Анатолий Евлампиевич загорал на Курском вокзале и ездил туда-обратно, в доме «Правозащитников» что-то произошло, из-за чего почти две трети людей, которые к полудню находились в доме, собрались и спешно уехали. Естественно, узнать, куда именно они направляются, ни Богданов, ни Дубко не смогли.

– Вот такой расклад на настоящий момент. Теперь, когда все в сборе, нужно брать шатию-братию и выколачивать из них правду, – подытожил Богданов. – Самого Сокольского в доме мы вряд ли застанем, слишком он осторожный, но из тех, кто там остался, наверняка найдется человек, который сможет подсказать местоположение предводителя.

– В катакомбах? – задал вопрос Казанец.

– В каких катакомбах? – не понял подполковник.

– Провожатый наш про катакомбы говорил. Сказал, что из сторожки все ушли в катакомбы, раз какой-то там перемычки между деревьями нет.

– Слушай его больше. Евлампич – трепло. Мелет что попало, так что его слова на четыре делить нужно, прежде чем к сведению принимать. Никаких катакомб нет, а сторожка – это дом лесника, стоит в ста пятидесяти метрах южнее.