Вирус ненависти

А может быть, вы и вернетесь в Москву? Вы откуда родом?

– Из Белгорода, – вздохнула женщина, перебирая свои драгоценности. – Только возвращаться мне пока некуда. Мой дом сгорел, одни руины на нашей улице.

– Отстроят, – убежденно сказал Шелестов. – Обязательно все отстроят. А эти драгоценности… Вот возьмете, когда война кончится, наденете их и пойдете в театр! Или на концерт!

– Может быть, – устало ответила Лариса Сергеевна. – Я же их чуть не обменяла на продукты питания.

– На эти драгоценности машину продуктов можно купить, – насторожился Шелестов.

 – С ними не на базар надо ходить…

– Да я не собиралась идти с ними на базар. Я понимаю, что всю нашу больничную палату в том пионерском лагере не прокормить пакетиком пшена и ста граммами сливочного масла. Мужчина один обещал посодействовать. Я понимаю, что он, может быть, украл эти продукты, хотя говорил, что это его запасы и ему надо срочно их продать, пока не испортились. Он якобы запасался, когда немцы должны были прийти сюда. Вы простите, Максим Андреевич, но когда находишься в отчаянном положении, то мало думаешь о законности сделки.

Когда хочешь выжить, то…

– Лариса Сергеевна. – Шелестов посмотрел женщине в глаза. – Вы понимаете, что мы в этом городке, в этой местности совсем не случайно?

– Вы… – Женщина замолчала и внимательно посмотрела на собеседника. Потом она понимающе кивнула: – Значит, вы как раз и ищете подобных этому человеку? Он вор? Или еще что-то похуже?

– Ответить на ваши вопросы я не могу, вы должны понять, что не подлежит разглашению…

– Да, конечно, я все понимаю.

Мой муж был военным, командиром. И я прекрасно знаю, что есть вопросы, которые нельзя обсуждать, вещи, которые нельзя разглашать.

– Расскажете мне об этом человеке? – попросил Шелестов. – Только я попрошу вас подождать минуту, я приглашу своих товарищей.

И когда вся группа в полном составе собралась в комнате, Лариса Сергеевна стала рассказывать, как три дня назад на том же базаре она столкнулась с мужчиной. Очень неприятной внешности мужчина.

Небритый, одежда мятая, как будто он на огороде ночь спал. И пахло от него нехорошо. Женщина столкнулась с ним в торговых рядах и попыталась обойти, но он стал ее внимательно рассматривать. Лариса Сергеевна все же обошла этого неприятного типа. Она в тот день обменяла на продукты еще вполне крепкие, почти не ношенные солдатские ботинки и крепкую стираную нательную рубаху. Этого мужчину она снова увидела, когда шла к выходу с рынка, и испугалась.