Сиракана. Книга 1. Семеро

Радости сидов не было предела, когда, покинув наконец Эфир, осенью они ступили на покрытые хвоей поляны, услышав воспевающий жизнь птичий щебет.

Данбарский лес был прекрасен. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь кроны вековечных деревьев, окрашивали золотом пожелтевшую листву, усеявшую девственно чистую чащу, свободную от присутствия разумных существ. Чуткий слух сидов улавливал птичьи трели, мельтешение зверей и неслышную ни для кого иного музыку. Где-то там, среди крон и ветвей, билось незримое сердце леса.

Началась работа. Мастера Жизни пели деревьям и камню, ускоряя рост, меняя форму. У сидов никогда не было плотников и камнерезов. Они считали кощунственной саму мысль о том, чтобы насильственно менять форму дерева и камня. Строительная работа целиком ложилась на плечи магов. Из ремесленников у сидов были лишь кузнецы – весьма уважаемая каста, представитель которой всегда заседал в совете старейшин. Именно они отвечали за создание оружия, сильнейшего и самого могущественного во всей ойкумене, что бы там не утверждали надменные и упрямые гномы.

Именно из рук кузнецов выходили сайралаг – знаменитые звездные клинки – мечи невероятной силы и мощи, оружие старейшин, сильнейших из магов и чайанар – стражей обители.

Место в рядах чайанар – мечта любого сида, чей дар недостаточно велик, чтобы даровать ему возможность со временем стать одним из старейшин. Могучие воины, облаченные в изумрудные доспехи, из-за которых отряд и получил свое название[18 - Чайанар – изумрудный страж (сидск.

)], были щитом и мечом старейшин, исполнителями их воли. День и ночь несли они неусыпную стражу у Врат Зала Совета, и никто без дозволения старейшин не мог миновать их стройные ряды. Появляясь на поле боя, они могли преломить ход любой битвы, даже, на первый взгляд, безнадежно проигранной и повести сидские отряды к победе. Имеющие предрасположение к магии Духа молодые сиды годами тренировались и оттачивали свое мастерство в надежде на то, что Испытание подарит им участь чайанар. Таэру с улыбкой поднял глаза к восходящему солнцу. Возможно в этот раз судьба улыбнется и ему.

Уже через год работы очертания леса стали разительно меняться. Огромные его участки меняли форму, пласты земли слой за слоем покрывались грунтом – это камень, в свою очередь преображаясь, покрывал собой листву и мох. Окружавшие новосотворенную мостовую деревья, сплетаясь корнями, превращались в деревянную стену, защищавшую Обитель от вторжения извне.