Небесные корсары Амадеус

Челнок с огромным трюмом, реквизированный у местных нерадивых торговцев, как нельзя лучше подходил для подобных высадок, в которых требовалось не привлекать лишнего внимания.

– Нас встретят на поверхности? – поинтересовался Эбер, поглаживая бороду.

– Да, соглядатай будет ждать на выходе из порта. Я поеду отдельно. Через двое суток по местному времени выходите на связь и докладывайте.

– Так точно, – ответил лейтенант и чуть погодя добавил, смотря через стекло командной рубки: – О, а вот и она.

Аргиан. Поверхность её почти полностью покрывала вода с незначительными по площади островами и одним крупным континентом, где обитали аборигены, которые только встали на путь развития. Но прилёт людей означал для них окончание этого пути. Они были порабощены в считанные дни, и участь выживших в той колонизации незавидна.

Куда больший интерес представлял океан и то, что было в нём. В тёмных глубинах были залежи потрясающего воображение материала, по консистенции похожего на камень и излучающего внутренний свет.

Находка сразу стала объектом глубокого изучения учёных, неизменно следующих за легионом первопроходцев.

Именно этот феномен изображали на своей коже пираты из этого мира – разнообразных размеров и форм камень, который здесь называли левиат, с расходящимися в разные стороны лучами бежевого цвета.

Сейчас на планете было лето, которое длилось сто семьдесят дней из пятисот в году.

Челнок сел в главный космопорт столицы планеты, где корсары разделились на три части: отряд под командованием Эбера отправился на встречу с местным агентом, Джованни ушёл в торговый квартал, а Сэндэл – в жилые прибрежные районы, именуемые Богема, в которых преимущественно обосновался зажиточный, но старомодный класс.

Как когда-то узнал в центрах науки Сэндэл, архитектура на Аргиане и на других более-менее развитых планетах в системах, принадлежавших местному правительству, была в стиле Раннего Возрождения, что обуславливалось повышенным вниманием строителей к симметрии, пропорциональности и порядку в составных частях.

Сама столица, город Оттол, располагалась на побережье, и вглубь неё тянулись широченные водные каналы, доходя до самого центра. Ближе к океану здания были небольшие, высотой не более сорока метров, но дальше они всё росли и росли и в конце концов устремлялись в небеса. Великолепные шпили непередаваемой формы и красоты пропадали где-то в облаках.