Жалостью к врагам не страдаем

– Хорошо!

Поклонившись, Зайнулло покинул кабинет Абадзе. Проводив его, полевой командир вызвал Карради. Старший помощник явился тут же, словно ожидал вызова.

– Да, саиб?

– Как чувствуют себя рабыни?

– Нормально, их содержанию позавидует любая женщина в Афганистане.

Абадзе держал в резиденции четырех девушек, похищенных в России бандой Блондина в разное время, по которым вел торг с одним арабским шейхом.

– Значит, нормально? Они в форме?

– О да, саиб! В хорошей форме. Не девочки, а цветы. Украсят собой гарем самого эмира.

– Когда последний раз выходил на связь Аль-Гальят? На прошлой неделе? Я что-то позабыл.

– Да, в среду.

– И после этого замолчал. Надо бы выяснить, чего он тянет, содержание товара стоит мне немалых денег.

– Я узнавал. Вчера, как только ушел от вас.

– Разговаривал с самим шейхом?

– Нет, с его секретарем, у которого длинная и плохо запоминающаяся фамилия.

– Ну, и что узнал?

– Шейх Абдулазиз Аль-Гальят покинул Арабские Эмираты для участия в каком-то совещании нефтяных магнатов в Кувейте.

Сегодня должен вернуться. Когда точно, секретарь не знает. О времени прилета Аль-Гальят должен предупредить его дополнительно. Секретарь сообщит шейху о том, что вы хотели бы переговорить с ним. Думаю, сегодня вечером или завтра утром Аль-Гальят позвонит вам.

Абадзе погладил бородку:

– Хорошо! Но вот что я подумал. К нам сюда достаточно часто наведываются гости из Кандагара. Особенно в последний месяц. Для талибов наш бизнес неизвестен, но если руководство Движением узнает о нем, то у нас возникнут серьезные проблемы.

– Как они узнают о девушках?

– Ты уверен во всех людях, что находятся на территории резиденции?

– У меня нет оснований не доверять им.

– Вот и у меня не было оснований даже предполагать, что кто-то в России сдаст спецслужбам хорошо отлаженную и эффективно действовавшую в течение года организацию, доставлявшую нам ценный товар в виде молодых рабынь. Сдаст бизнес, которым руководили надежные люди, в том числе мой брат Руслан, да будут прокляты те, кто убил его.

Но ведь сдали же? И что в результате? Мы потеряли и базы, и людей, и огромные деньги! За девчонку из Переслава, которую должен был с последней партией доставить к Хану Кабан, я должен двадцать миллионов долларов. Но не в деньгах дело. В конце концов, я верну их. Самое страшное – это потеря доверия клиентов. В нашем мире, где правит сила, неудачники обречены на уничтожение. Либо власть, либо смерть, третьего не дано.