Осмелившийся возродить Третий Храм. Начало проекта

Подошел, и мы прочитали в потухшем взгляде и по болезненно дергающимся желвакам, страшный приговор. Почему— то подняв лицо кверху, медленно проворил: – Мужайтесь, Григорий Павлович умер.

Несколько последующих часов, в соседней палате, продолжалась борьба за мамину жизнь. Наконец нам разрешили зайти. Не сознавая наступивших прощальных минут, с бабушкой, Катюшей, Олей и Михасиком тихо стояли в белоснежной палате. Так же, как и отец, вся обмотанная бинтами, с проступающей мазью, она лежала на кровати. По лицу пробегали движения невыносимой боли, а на глазах появились маленькие слезинки.

По очереди обвела нас взглядом. Обожженные губы шевельнулись:

– Пришло время, уйти. Детки, обещайте всегда заботиться и любить бабушку, как любила я. Будьте вместе, будьте опорой друг другу.

С большим трудом, через силу, родной человек старался не показывать страданий.

– Мама! Мамочка, ты поправишься! Мы будем вместе, – шептала старшая сестра, – вот увидишь.

– Доченька, потерпи, нам нельзя без тебя.

Надо закончить так много дел, помочь детям исполнить наши мечты, – бабушка говорила сквозь слёзы.

– Послушайте!

Замолчала, но, сделав усилие и пересилив боль, с трудом продолжила говорить.

– Я очень люблю вас всех! Мама, прости, если вдруг нечаянно когда— нибудь обидела, или сделала что— то не так! – Вновь она, на некоторое время затихла, а тело стал бить озноб.

– Старалась быть тебе родной дочерью и хоть как— то заменить заботливого, любящего сына.

В невыносимом горе бабуля, уже не сдерживаясь, наклонилась.

Плечи сотряслись от рыданий, столько горя было слышно в родном голосе. Вскинув кверху голову, взмолилась.

– Доченька! Доченька, не уходи! Не оставляй нас! Боже, будь милосердным, забери лучше меня!

От невозможности что— либо изменить, слёзы бежали из глаз, и не было никого, способного оказать помочь. Смерть стирала грани и делала людей одинаково беззащитными перед ожидающей судьбой. Осторожно, чтобы случайно не сделать больно, гладили бинты на маминых руках.

– Оленька! Родная! Будешь за старшую. Ты выдержишь! Катюша поможет! Вспоминайте чаще, о чём мы говорили, о чём мечтали, как и что решали делать.

Тело задёргалось, не желая больше слушаться хозяйку.

– Не плачьте! Мне уже не так больно, уже получше. Мама, отдай мои дневники, пора детям всё узнать. Если что, объясни, да они должны и так понять.

С чувством сострадания обвела нас глазами, полных печального прощанья.