Осмелившийся возродить Третий Храм. Начало проекта

Взрослые, разговаривая между собой, постепенно рассаживались, стараясь оказаться рядом с давнишними друзьями и бывшими одноклассниками. Все были нарядно одеты, красивы, жизнерадостны. Хорошо знакомые с актовым залом, всё равно обратили внимание на необычный прибор, висящий под потолком. И на две полочки по бокам сцены, а вернее на красное сердце, стоящее на каждой из них. Вскоре не осталось ни одного свободного места. С правой стороны от сцены стоял стол, где обычно располагалось жюри. С участием самых уважаемых людей, из числа приглашённых и учительского коллектива.

В кабинете военрука дожидались друзья, а сам стоял у маленького окошечка кинобудки, находящейся за противоположной от сцены стеной. С грустью наблюдал за любимой, сидящей ко мне спиной в самых первых рядах. Стоило только остановить взгляд на красивой причёске, как сразу, словно ощущая сильнейший интерес, Мария начинала вести себя беспокойно, поворачиваться в разные стороны, пытаясь кого— то отыскать взглядом среди зрителей.

По заведённой традиции, сначала, выступил директор школы, поднявшийся на сцену в строгом чёрном костюме. От вида множества боевых орденов и медалей на груди любимого учителя перехватывало дух. Сразу прекратился шум, никто не хотел пропустить ни единого слова.

– Уже много лет проводятся торжественные вечера, посвящённые великому празднику Седьмое ноября! Множество ваших ровесников, словно птицы, вылетели из стен нашей школы и разлетелись по бескрайним просторам и необъятным уголкам великого государства.

Передо мной проходят образы и самых лучших, любимых учеников, и тех, кто доставлял большие проблемы и хлопоты, или ничем не выделялся. Но тоже по прошествии времени, ставших такими же замечательными и близкими. Разве смогу когда— нибудь забыть воспитанников, вместе с которыми ушёл с первых дней войны на фронт, с кем рядом, бок о бок воевал?

Голос задрожал, но Евгения Давыдовича взял себя в руки.

– Прошли годы, кто— то за это время смог приехать, рассказать о себе, кто— то прислал письмо, или передал весточку, а кто— то убитым остался лежать на полях сражений, навечно заслонив собою матушку— землю русскую.

Обычно в этот день достаю и перебираю старые фотографии выпускных классов. Вижу счастливые, веселые, полные сил лица. Прекрасно помню имена, помню всё, что они вытворяли. Со временем даже не совсем хорошие, если мягко сказать, проделки, становятся только тёплыми воспоминаниями.