От Мексики до Антарктиды и обратно

Эта история попала на ленту американского информационного агентства и разошлась по мировым СМИ. Мне тогда писали многие американцы. Одни восхищались, другие издевались, третьи просили выслать им за вознаграждение ценности из разграбленных иракских музеев.

Сара тоже написала письмо. Она была студенткой факультета экологии, увлекалась Россией, изучала русский язык, любила природу и ненавидела глобализацию. Мы начали переписываться. Позже она приезжала в Петербург, и мы подружились.

Я надеялся, что Сара присоединится ко мне в Мексике и мы проделаем путь до Антарктиды вместе.

Мексика

Иудопродавцы

Я прилетел в аэропорт Мехико-сити и тут же угодил в заключение. Всех подозрительных туристов задерживали, чтобы проверить их личность.

– У меня всё в порядке, – сердился я. – Вот паспорт, виза!

– Ждите, сеньор. Мы должны убедиться, что пришёл факс из мексиканского консульства в Москве. Что они на самом деле выдали вам визу и она неподдельная.

Мексиканские чиновники делали это по требованию властей США, чтобы сократить поток нелегальных иммигрантов, рвущихся попасть в счастливую и богатую Америку через другую Америку, не такую богатую и не такую счастливую.

Меня посадили в загончик для подозрительных лиц. Вместе со мной сидели несколько китайцев и пакистанец. От идущей по аэропорту толпы нас отделял канат, который мы не имели права пересечь. За этим следили вооружённые охранники.

– Сеньор, мы нашли факс, вы можете идти, – вскоре махнул мне рукой пограничник.

Пакистанец напутственно махнул мне рукой: «Алейкум ассалям», – а китайцы повернули в мою сторону непроницаемые азиатские лица и ничего не сказали.

– Ты из России? – удивился подвозивший меня водитель такси. – Ну надо же! Ха-ха! А меня зовут Ленин. Не веришь? Посмотри мой паспорт.

В мексиканском паспорте действительно в графе «имя» значилось Lenin.

– В Мексике жить непросто… – задумчиво проговорил Ленин.

Водитель привёз меня в центр Мехико-сити. Я пошёл гулять и случайно свернул на боковую улочку. Здесь торговали. Товар был разложен на тротуаре на тряпках.

Неожиданно раздался крик, я оглянулся, а через миг никакой торговли будто не бывало. Улица вымерла. Торговцы свернули пожитки в узлы и молча сидели рядом.

В конце улицы показались двое. Они шли неторопливым шагом: хозяева жизни.