Детектив из Мойдодыра. Том 3

Ее мысли все быстрее и быстрее разбегаются в разные стороны, и она никак не может их собрать. И оттого, что она такая глупая и несуразная, и от несуразности своей несчастная, я тоже начинаю тихонько поскуливать. Тогда Супруга бросает тарелку в раковину, подходит к холодильнику, достает из него неполезную, но очень вкусную сосиску, садится на корточки, крошит сосиску на пол мокрыми пальцами и громко плачет, приговаривая:

– А ты-то чего разнылась? Дура ты, дура…

Вот, и пойми ее после этого! У меня-то, как раз, все мысли на своих местах.

И если мне очень хочется вкусную сосиску или кусок холодной котлеты, я прихожу на кухню и смотрю, как Супруга моет посуду, и негромко ее жалею. Не только из-за котлеты – когда она плачет, мне ее, действительно, жалко…

***

Ромка быстро идет по улице нервными широкими шагами. Я, как обычно, семеню на полкорпуса впереди слева. Не потому, что нас так выдрессировали, а потому, что так удобно. Я прикрываю его слева, вижу, что впереди, и слышу, что сзади, и если понадобится развернуться и отразить нападение врага, у меня на это уйдет не больше, чем полсекунды.

Справа – свободная Ромкина рука, готовая выхватить пистолет, да и сама по себе человеческая рука, если правильно ее использовать – мощное оружие, ничуть не хуже клыков.

Я – сильная и умная. Даже люди это замечают. И еще мне очень стыдно. Хотя никто, кроме Ромки, не видел, как каких-то пять минут назад, поджав хвост и согнув передние ноги так, что брюхо касалось пола, я проползла мимо открытого окна в подъезде.

Я прислушиваюсь к Ромкиному дыханию, поворачиваю голову и виновато заглядываю ему в глаза. Я – не трусиха, Ромка, ты же знаешь. Может быть, когда мы будем возвращаться, я соберусь с духом и пройду мимо этого проклятого окна… Нет, лучше не сегодня… В следующий раз…

Я тогда была еще совсем маленькой. Месяца четыре, не больше. Тихим летним вечером мы с Ромкой водили гулять Супругу. Ромка с Супругой неспешно прогуливались по асфальтовым дорожкам, я лохматым клубком путалась у них под ногами, усиленно изображая взрослую служебную собаку.

Все шло хорошо, и даже у Супруги было хорошее настроение. Ее веселило, когда я тявкала на больших собак, и я тявкала, потому что Супругу это веселило.

У подъезда мы встретили Соседа. От Соседа плохо пахло алкоголем, и ему очень хотелось поговорить. Он ухватил Ромку за рукав и, не помня себя от уважения, принялся ему что-то рассказывать.

Я почувствовала, как у Супруги стало стремительно портиться настроение.