Детектив из Мойдодыра. Том 3

Но не удержалась и спросила:

«Как ты думаешь, Вермут, зачем он тебя дубасит? В этом тоже есть Смысл?»

«А как же! Ты знаешь, у него иногда бывает очень тяжело на душе, Джульетта. Особенно, когда вино заканчивается. Вот он меня отдубасит – ему вроде как и легче, как будто опять выпил. А Смысл в том, что больше ему дубасить некого. Один он на всем белом свете, и кроме меня никому мой Пётрываныч не нужен, даже кошкам. Ведь до меня у него кошка жила. Так ушла! Сама ушла, представляешь?»

Я брезгливо поморщилась.

«Ну, вот, еще и про кошек! Давай, поговорим о чем-нибудь приятном».

«О приятном? С удовольствием! Давай, поговорим о тебе, Джульетта».

«Обо мне? Давай».

«Ты такая красивая сегодня, Джульетта».

«Я всегда красивая. Даже люди замечают… Эй-эй, Вермут, только не надо делать эту задумчиво-тупую морду и забираться на меня, как на табуретку! Прекрати сейчас же, кому сказала! Убери свои грязные лапы, придурок!»

Вдруг я почувствовала, как волосы на шее и на лопатках встали дыбом.

Сначала почувствовала, а потом услышала пронзительный, режущий уши визг тормозов, несущийся со стороны дороги. Я вывернулась из-под Вермута, отшвырнула его в сторону и в следующую секунду уже стрелой летела к скамейке, изо всех сил отталкиваясь от земли. Все вокруг замедлилось, почти что остановилось, и только я неслась со всех ног к Ромке, но расстояние между ним и мной стало упругим, резиновым и почти не сокращалось.

К тротуару медленно-медленно-медленно приближалась машина…

***

Уловив боковым зрением свернувший из второго ряда к обочине автомобиль, Роман встрепенулся, освобождаясь от тяжелых мыслей, и оглянулся через плечо на дорогу.

Резко затормозив, кирпично-красные «Жигули» приткнулись к тротуару как раз напротив одинокой скамейки, у которой звонившая женщина назначила встречу. Боковое стекло, в котором отразилась вечерняя заря, выплеснувшаяся из-за изломанного высотками горизонта, поползло вниз, показались лицо и рука, сжимающая пистолет.

Роман отшатнулся назад, разворачиваясь, бросил руку под полу пиджака и понял, что не успевает.

Загрохотали выстрелы. Пули ударили в бок и в спину. Так и не закончив разворот, Роман царапнул ногтями по рукоятке «Макарова» и осел на колени. Потом черная заря взметнулась в зенит, он прижался щекой к теплому пыльному асфальту и увидел Джульетту. Она бежала прямо на него, чуть приоткрыв пасть, из которой вместе с воздухом вырывались еле слышные тонкие всхлипы.