Детектив из Мойдодыра. Том 3

– Ну, вот, кое-что существенное все-таки наша незнакомка оставила, – кивнул Ромка практикантам. – Не только помаду на стекле. Молодец, Марченко!

Щенячьей радости было, конечно, избыточно. Впрочем, и так понятно, почему хозяин квартиры на диване лежит, голый и отвратительный. Не один же он этим занимался, с бутылкой вина и двумя бокалами. Значит, и гостья его хотя бы одну пуговицу, но расстегнула. Лучше бы отпечатки пальцев нашли – тогда бы и повизгивали от восторга. А найти лифчик на полу за шторой – не велика заслуга.

А если бы мужскую майку нашли, они бы так же обрадовались? И вообще, в том углу, за шторой есть кое-что поинтереснее. Я не вижу – просто чувствую. Надо только хорошенечко присмотреться.

Ромка иногда называет меня экстрасенсом. Я не совсем понимаю, какой смысл он вкладывает в это слово (хотя точно знаю, что не ругательный), но по части выявления скрытых улик я даже Ромке сто очков вперед дам. И по силовому задержанию – если не сто, то пятьдесят. И бегаю побыстрее – Ромка-то бегать тяжеловат, да и бежит неправильно.

Нет, я не хвастаюсь, он сам меня всему этому учил. Развивал, так сказать, природный дар. А я оказалась способной.

– Джульетта, ты что там, уснула? Иди сюда!

Ну вот, «иди сюда». Как какую-то болонку! Еще бы «ко мне» сказал. Не мог, что ли, просто позвать? Я и сама вижу, что, даже несмотря на выдающуюся находку в виде женского лифчика, никаких светлых идей Ромкину голову пока не посетило, и догадываюсь, что отпечатки пальцев с бокала и бутылки принадлежат хозяину квартиры, а на втором бокале никаких отпечатков и следов кроме ярко-красных следов помады по ободку (ненавижу косметику!) обнаружить не удалось.

То есть, случай повышенной степени сложности. Значит, настал мой черед. А эти бездельники снова развеселились, заржали: «Ого, Джульетта! Ого, Ромео и Джульетта!»

Да, Джульетта! И не девочка из провинции, накрасившая губы от кончика носа до кончика подбородка и сменившая имя, чтобы покорять столичные вокзалы, а настоящая, прирожденная Джульетта.

С двумя «т» на итальянский манер. Потому что мой пра-пра-пра-пра… – сколько-то там раз пра-дедушка служил при дворе Неаполитанского короля еще во времена Наполеона. Это мне Ромка объяснил и документы показал, чтобы я своим происхождением гордилась. Я и горжусь. Вот так-то, плебеи! Сами только и способны, что ржать и воздух никотином отравлять. Чтоб у вас в подъезде завелись кошки!

Я подошла. Ромка легонько хлопнул меня по спине.