Детектив из Мойдодыра. Том 3

Она вопросительно смотрела на меня снизу вверх испуганными глазенками.

– Это еще что за чучело? – спросил я.

Кроссовки на столе возмущенно задвигались, из Черепа наружу пополз грязный мат, но я не дал ему закончить замысловатую, но хорошо отрепетированную тираду. Развернулся на носке туфли и заехал ребром стопы под подбородок. Он почти вывалился из стула, но в последний момент зацепился ногами за сиденье и ударился об стену вместе со стулом. Стул развалился первым. Череп коротко всхрапнул и тоже развалился.

– Ленка, считай!

– До десяти? – ошарашено выдавила юная леди.

– Да хоть до ста. Считай, пока не придешь в себя и не перестанешь бояться этой унылой кучи дерьма.

– Раз… два… три… – послушно сосчитала Ленка и радостно завопила: – Ну, вы даете, шеф! Прямо, как Чак Норрис! Вы его случайно не убили, шеф?

– Нет, только ранил и в плен взял. – Я нагнулся и пошарил у Черепа за поясом. – Надо же наверняка узнать, зачем человек приходил. Может, беда какая случилась, и ему от нас помощь нужна? Не говорил?

– Не-е-ет, – протянула Ленка, – не говорил.

Только сказал, что ему вы нужны и поскорее. Я спросила: «Зачем?», как положено, а он через стол наклонился, близко-близко, и противный такой, и что-то сказал, но я не поняла. Что-то мерзкое такое… Ох… Я вам позвонила, а он вон туда сел, ноги на стол, и все про нас с вами расспрашивал. Да так отвратительно! Я вся тряслась, шеф! И сейчас трясусь. Другая бы давно прибавки к зарплате попросила. Или единовременное пособие.

– Это – всего лишь предположение, – отрезал я. – Ты мне факты давай. О чем расспрашивал? Собаку или золотой крестик упоминал?

– Да нет, шеф! Расспрашивал, как мы с вами… это… На столе или на диване? Ну, в общем, всякие гадости. И про это… про грудь мою говорил… И не только про грудь… Что-то отвратительное… Вроде бы и по-русски, но я почти ничего не понимала. Только очень боялась, что он ко мне полезет… Ой, шевелится! Я пока в кабинете посижу, ладно, шеф?

Я кивнул, и она выпорхнула из-за стола, брезгливо поморщившись, перешагнула через вытянутые на полу ноги и скрылась за дверью.

Я с сочувствием посмотрел ей вслед. Ситуация у девчонки была, действительно, настолько отвратительная, что даже мимолетно намекнуть на общество имени Фундатоши показалось мне непростительным свинством. Тем более, что, если бы я исправно и вовремя ходил на работу, ей бы не пришлось полчаса трястись и выслушивать мерзости.